Я имею просьбу к Вам, любезный принц, ибо Вами одним я интересуюсь: я хотел бы знать с большей определенностью, когда Ваша Светлость рассчитывает покинуть то место, где Вы оставите, как и повсюду, долгое воспоминание о своем пребывании и постоянные сожаления о его краткости. Мне это всего важнее, ибо в последнее время я горячо жажду получить сведения о дне Вашего отъезда, дабы не упустить выгодную возможность попрощаться с Вами и вновь уверить вслух в своих неизменных чувствах преданности и глубочайшего уважения, с которыми я пребуду всегда,

любезный принц,

Вашей Светлости

нижайшим и преданнейшим слугой граф Румянцев-Задунайский.

Лагерь в Цецоре,

17(28) ноября 1788 года.

П. А. Румянцев принцу де Линю, Цецора, 18(29) ноября 1788 г.[1469]

П. А. Румянцев принцу де Линю, Цецора, 18(29) ноября 1788 г.[1469]

Любезный принц!

Будучи живо тронут последними строками Вашей Светлости, напрасно старался бы я выразить Вам, сколь чувствительна для меня наша разлука. Все сложилось так, чтобы мои сожаления сделались еще более жгучими. В нынешних обстоятельствах я не стал бы считаться даже с интересами собственного сердца, если бы они по-прежнему не согласовывались отменно с общественными интересами. Никто не знает лучше Вас, любезный принц, искренность моих намерений. Ваша Светлость была наилучшим арбитром общего дела — дела сего несчастного края, которое я защищал единственно из побуждений равноправия, справедливости и нашей взаимной выгоды.

Дабы насладиться удовольствием видеть вновь того, кто вверил мне свою драгоценную дружбу, которую я сумел оценить и за которую я плачу нежнейшей преданностью, я бы рискнул отлучиться, невзирая на причины, что запрещают мне пока покидать лагерь в миг, когда всякого рода приготовительные установления еще не завершились.

Но я остерегся тех сердечных излияний и последствий того впечатления, что всегда производит на меня прощание с людьми, о расставании с которыми я со всей искренностью сожалею.

Примите же, любезный принц, пылкие пожелания, которые моя нерушимая дружба посылает Вам вновь: счастливейшего пути, здоровья, процветания, полнейшего успеха во всех начинаниях, желанных наслаждений — таков набросок, одно лишь чувство может его завершить, перо на это не способно.

Первым и главнейшим доказательством Вашего расположения ко мне, на которое я полагаюсь, любезный принц, будет Ваше изъявление Его Императорскому Величеству моего глубочайшего почтения, заверение и повторное уверение Его Императорского Величества, если Он соблаговолит [вспомнить] о своей дружбе ко мне, найдя для того удачные случаи, в том, что если в сию пору, обещавшую быть столь благоприятной для моего стремления выказать свою сильную приверженность Его августейшей особе, я совершил меньше, чем мне хотелось бы, то по крайней мере я утешаюсь тем, что употребил все усилия и все усердие и остатки способностей в совершенно новом для себя свете.