– Ты только что приняла две таблетки перкосета.

Адди кинула ей в руки ключи.

– Спасибо, – сказала Эм Джей, удивившись ее неожиданной послушности. – Я вызову такси.

По-прежнему босая, Адди уже стояла у открытой входной двери:

– Такси? Нам некогда его ждать. Кто-то из нас должен сесть за руль. Я не могу, поэтому…

– Дэн скоро вернется домой с работы, и потом мы сразу улетаем в Африку. Я не могу взять и все бросить.

– Я не прошу тебя все бросить. Ты можешь просто избавиться от своей дурацкой фобии?

– Не понимаю, – сказала Эм Джей, уже стоявшая в кожаных сандалиях на ворсистом коврике у двери. – Что за спешка?

– Чест умер.

– Умер? Почему тогда Дестини вызывает тебя, а не полицию?

– Она думает, что убила его.

* * *

– Меня зовут Мей-Джун Старк, и сейчас я пристегиваю ремень безопасности, – сказала она то ли вслух, то ли про себя. Голос было совершенно невозможно разобрать из-за ревущих внутри нее тревожных звуков оркестрового крещендо: сердце играло на ударных, уши – на струнных, а мысли – на духовых инструментах. – Я поправляю зеркало заднего вида. Мои ногти покрыты лаком цвета розовый фламинго. Соседский голдендудль громко лает.

Адди включила радио.

Эм Джей выключила его.

– Я вставляю ключ в замок зажигания. Я не могу дышать. Нет, могу. Я могу дышать. Я дышу. Если бы я не дышала, то не смогла бы говорить.

– Ты всю дорогу собираешься бубнить?

– Это одна из моих методик. Она помогает сохранять спокойствие. – Эм Джей проглотила накопившуюся слюну. – Я собираюсь завести машину.

– Пожалуйста, заводи уже.

Эм Джей нажала на кнопку запуска двигателя. Он дернулся и через мгновение ровно застрекотал на повышенных оборотах.