Кузнецов быстро встал.

— Будем стараться, товарищ Верховный главнокомандующий!

— Вот-вот, стараться, — подхватил вождь. — Враг у нас коварный, и его надо беспощадно уничтожать... Ну что, товарищи, сделаем перерыв?

— Давайте продолжим работу, — предложил Молотов.

— Не возражаю, — улыбнулся повеселевший Верховный. — Тогда информацию о положении на фронтах доложит исполняющий обязанности начальника Генерального штаба генерал армии Антонов. Прошу пройти к карте...

ЭПИЛОГ

ЭПИЛОГ

Февраль, 1945 год.

Молотов без стука вошёл в кабинет вождя. Обычно когда нарком иностранных дел шёл к Сталину, он предварительно звонил ему. И вдруг явился без звонка. Вождя это задело, но упрёка он не бросил, лишь тихо спросил:

— Что тебе, Вячеслав? Я очень занят.

— Фронтовыми делами? — Молотов улыбнулся в усы, сделав вид, что не заметил раздражения на лице Верховного главнокомандующего.

— Наши фронты наступают, идут решительные сражения, и мне есть о чём беспокоиться.

Сталин откинулся на спинку кресла. Он сказал, что командующие войсками 2-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов маршалы Рокоссовский и Конев только сейчас доложили ему, что успешно громят гитлеровцев: первый — на территории Польши, второй — на территории немецкой Силезии.

— У этих молодцов всегда дело спорится, — похвалил маршалов Молотов. — И тот и другой умеют навязать врагу свою волю, а для победы в сражении это немаловажный фактор.

У Сталина заблестели глаза, он чему-то усмехнулся.

— Разве только у Рокоссовского и Конева дело спорится? — спросил он. — На днях войска 2-го Украинского фронта маршала Малиновского при содействии войск 3-го Украинского фронта маршала Толбухина освободили Будапешт, столицу Венгрии. Знаешь, сколько взято в плен немцев во главе с командующим Будапештской группировкой войск генерал-полковником Вильденбруком? Сто тысяч солдат и офицеров!

— Хороший улов, тут уж возражать не стану. — Молотов вынул из папки документ и вручил его Сталину. — Я принёс тебе, Иосиф, личное послание президента СТПА Рузвельта. Он дал его мне во время проводов в Крыму и просил передать дядюшке Джо, то есть тебе.

Сталин молча взял из рук Молотова бумагу и про себя прочёл её.