Клара некоторое время колебалась, но потом весело воскликнула:
– Значит, «вызов новичку»? Игра на выбывание? Вполне в духе Майкла!
Было еще довольно рано, и бар только-только открылся, хотя у стойки уже торчали несколько стариков. Клара осталась ждать официанта, чтобы заказать выпивку, а Джуди медленно двинулась вдоль стен, касаясь их пальцами. Глядя на нее, Клара одобрительно подумала: выглядит она очень даже неплохо. Может быть, Артуру все-таки удалось сдержать слово? Впрочем, после всего, что было, она сильно в этом сомневалась.
Внезапно Джуди ее окликнула:
– Капитан Майкл Адамс?
– Да.
– Вот здесь, Клара, его имя написано.
На мгновение у Клары перехватило дыхание. Бармен уже принес заказанные напитки и положил перед ней бумажное меню. На его лице было написано искреннее сочувствие. Клара взяла оба бокала и подошла к Джуди. Она очень старалась держать себя в руках, заранее представив себе, как спотыкается, роняет бокалы на пол, и все начинают суетиться вокруг нее.
– Вот. Посмотри…
КАПИТАН МАЙКЛ АДАМС
Большими буквами, немного дерзко, но не вычурно – типичный Майкл. Да, он, безусловно, здесь был. О ней на стене, конечно, ни слова, было бы глупо даже предполагать такое. Это ведь был
– Милая ты моя, – ласково сказала Джуди, когда из уст Клары вырвалось короткое рыдание, – может, я зря все это затеяла? Может, для тебя это чересчур? Надеюсь все же, что нет. Я ведь просто хотела помочь.
Бедный Майкл! Он был так полон жизни, что и до сих пор порой невозможно себе представить его мертвым. Все его записки и письма Клара бережно хранила в особой папке у себя в комнате. Маленькие, смешные, с рисунками самолетов и парашютистов. И настоящие любовные. И, хотя перечитывать их было слишком больно, она ни за что на свете с ними бы не рассталась.
Что он чувствовал, сидя здесь – интересно, а где она в тот момент находилась? – и зная, что ему, возможно, предстоит встреча со своей смертью?
Джуди, оказывается, заранее приготовила несколько листов хорошей тонкой бумаги и карандаш. Она помогла Кларе скопировать со стены надпись, сделанную Майклом, и слезы при этом капали у нее с кончика носа.
– Я пошлю одну копию Мэрилин, – сказала Клара, и мысль об этой одинокой женщине, живущей за океаном, которая будет пристально всматриваться в листок папиросной бумаги с последними словами, написанными рукой ее единственного погибшего сына, все-таки заставила ее разрыдаться.