Глава 21

Глава 21

Настал решающий день моего побега и восьмой день рождения малыша Артура — 10.02.1944. Дату эту я выбрала не случайно, ведь именно в тот день в «Розенхоф» ожидали множество гостей и никому не было бы дела до пропавшей русской девицы.

Но я даже и не подозревала, насколько тот день выдастся долгим и невероятно тяжелым.

С шести утра весь дом уже стоял на ногах, включая хозяек. Пол дня я провела на кухне вместе с Танькой и Лёлькой, а после обеда помогала Асе протирать пыль, пылесосить ковры и вылизывать полы во всем доме. Лёля в тот день, впрочем, как и я, заметно нервничала. У нас у обоих все валилось из рук, это вызывало только раздражение со стороны Таты.

На протяжении всего дня я не могла отделаться от мысли, что оставляю беременную Асю. Успокаивало лишь то, что на тот момент и Генриетта и Маргарет уже знали об ее положении. Фрау Шульц младшая заверила мне, что как только у подруги начнется родовая деятельность, ее сразу же увезут в больницу. С того дня, как Маргарет узнала о беременной девушке в доме, Ася тотчас же стала подвергаться постоянным высокомерным упрекам с ее стороны, мол, русская девка нагуляла… Да и вообще все русские одинаковые…

По ночам подруга приходила ко мне в спальню, и мы вместе плакались друг другу. Она высказывала мне все то, что наговорила ей за день злющая фрау Маргарет, а я совершенно откровенно делилась с ней переживаниями о Мюллере. С того момента, как я впервые рассказала о своих терзающих чувствах к немецкому офицеру, мне вдруг стало невероятно легко. Ведь все те месяцы я хранила в себе тот тяжкий груз, рвущий душу, и совершенно боялась поделиться с миром. Асенька, добрая душа, никогда не осуждала меня, а напротив, поддерживала и помогала в тот непростой для меня период.

Вот только одно я утаила от нее. Информацией о моем побеге железобетонно владели лишь я и Лёлька, больше никого мы в это дело не посвящали. К тому же, как только я узнала о положении Аси, тут же передумала сообщать ей в последний момент о том, что скоро встречусь с сестрой.

Время шло медленно. За окном небо подозрительно хмурилось, тучи постепенно сгущались. Февраль сорок третьего выдался таким же дождливым, что и лето, и осень, поэтому снега было не видать. Я расстроилась, когда после обеда с неба посыпались первые капли дождя, ведь это означало, что ехать мне придется по скользким и грязным дорогам. Да, я собиралась ехать в прачечную на велосипеде, Ванька и Колька обучили меня езде на столь непривычной для меня конструкции. Фрау Шульц выдала им два велосипеда для езды в Эдинбург на базар, один из которых послужит мне транспортом до прачечной.