– Храм еще не освящен, – пояснил носильщик. – Цезарь построил его во исполнение обета, который принес перед последним сражением с Помпеем. Храм воздвигнут в честь его предков.

Я воззрилась на храм. Он был прекрасен – не хуже, чем в самой Греции.

– Надеюсь, мне выпадет возможность присутствовать на его освящении, – проговорила я.

Мы вернулись на старый Форум и пересекли его посередине, стараясь не задеть ни прохожих, ни статуи. По дороге нам попался еще один храм, который я признала достойным восхищения, а потом мое внимание привлекли примыкавшие одно к другому разнородные здания: первое – длинное и круглое, с колоннами, второе – квадратное.

Терпеливый носильщик объяснил:

– Квадратное здание – это Регия, где заседает коллегия понтификов и хранятся ее архивы. Круглое – храм Весты, где поддерживают неугасимый священный огонь. Весталки, девственные жрицы Весты, живут рядом с храмом, вон в том длинном здании. Это позволяет им постоянно приглядывать за огнем и…

– А в доме, примыкающем к коллегии понтификов, наверное, находится резиденция великого понтифика? – прервала его я. – Там живет Цезарь?

– Да, моя госпожа.

Его дом! Вот где он живет – посередине Форума! И как только он это терпит?.. Мой взгляд перебежал на куда более привлекательный лесистый холм, что высился рядом с Форумом. На склонах красовались просторные особняки.

– Здесь любят селиться богачи, – сказал носильщик, проследив за моим взглядом. – Холм Палатин. Там находится дом Цицерона, он купил его у Красса. Там же и фамильный дом Марка Антония.

Да, будь я римлянкой, я бы предпочла жить на Палатине. Теперь мне стало понятно, почему Цезарь, помимо городской резиденции, имеет виллу за рекой. Эта короткая экскурсия дала мне очень много для понимания Рима. Жаль только, что большая часть уличных разговоров так и осталась для меня непонятной. Но даже если я не узнала, что думает простой горожанин о политике, я все же встретилась с Римом лицом к лицу.

Глава 24

В день званого обеда у Цезаря я проснулась под шум легкого дождя, стучавшего снаружи по древесной листве. Влажное дыхание проникало в окна. Прежде мне не доводилось видеть летний дождь. В Александрии – единственном месте Египта, где случаются дожди, – льют свирепые зимние ливни, но ласковых теплых дождиков не бывает никогда.

Я лежала в постели и вздыхала: после того визита я не получала от Цезаря никаких вестей и даже не знала, кого сегодня встречу среди гостей. Он сказал, что обед устраивают у него дома. Будет ли это пир? Дом Цезаря не казался приспособленным для грандиозных приемов. Скорее всего, большие пиры он задавал как раз на вилле. Я предположила, что Птолемей тоже приглашен: в конце концов, именно Цезарь настоял на том, чтобы мы «поженились». Поскольку Птолемей мой законный супруг, его вряд ли могли проигнорировать.