— Вот как… Звучит здорово. Каждый старается по мере своих сил…

— Да. Это к чему угодно применимо. Поэтому, Рика… — Рэйко указала на место в листовке и уверенно продекламировала: — «Ислам призван облегчать, а не усложнять жизнь».

— Облегчать, а не усложнять…

— Именно. Если Бог и существует, едва ли он радуется, глядя на страдания людей. Поэтому необязательно пытаться преодолевать тяготы своими силами. Не обязательно бесконечно совершенствовать себя. Куда ценнее пережить этот день, и следующий, и так день за днем.

Глядя на Рэйко, Рика вновь подумала, какая же она необыкновенная. Рэйко сделана из того, чего нет у нее. Кажется сладкой и нежной, но при этом приправлена горечью и терпкостью. Она похожа на ароматный птифур, приготовленный по какому-то причудливому рецепту.

— На этой неделе мы с Рё пойдем на прием к семейному психологу. Решили, не будем больше пытаться справиться со всем в одиночку и равняться на других. Курс стоит недешево, и в случае крайней необходимости я обращусь за помощью к родителям. Это не будет поражением с моей стороны. Мне все еще хочется утереть им нос, но я созрела для того, чтобы поговорить с ними еще раз, так что скоро мы поедем к ним вместе с Рё. А еще я устроилась на подработку в аптеку восточной медицины рядом с домом — там и обучение есть. В последнее время поняла: если так и не получится завести детей, то ничего не поделаешь — жизнь на этом не закончена.

Рика кивнула в ответ, а Рэйко продолжила:

— А ты себя не вини — Кадзии кого угодно способна подловить. Ведь сама посуди, все женщины, с кем она соприкасалась, оказались травмированы, а с мужчинами вышло еще хуже. Я, кстати, тоже пример. — Рэйко развела руками и засмеялась.

— Спасибо тебе, — сказала Рика, ей все еще было больно за то, что произошло с Рэйко.

— Но меня утешает то, что Кадзии Манако мечтала о подруге. Значит, не все так безнадежно. Об этом мне рассказала Тидзу.

— Погоди, ты связывалась с Тидзу? — изумленно переспросила Рика.

Рэйко одним глотком допила вишневый сок и выдохнула:

— Ага. И настоящее имя свое она назвала. Рассказала про себя и про то, что у вас с ней много общего… Если хочешь, чтобы тебе открыли сердце, открой свое, иначе никак. Я этому у тебя научилась — это же твой метод работы.

— Твои социальные навыки просто поражают… Тебе журналистика точно подходит больше, чем мне. Тидзу, наверное, очень на меня сердится?

— Уже нет. Мы с ней о многом поговорили. Про нашу с тобой дружбу, про меня… Даже о том, о чем мне обычно неловко рассказывать. Она о тебе беспокоилась — выдержишь ли ты такой удар. Ладно, раскрою интригу: Тидзу работает секретарем у депутата парламента.