Хлопнула дверца холодильника. Может, он ее не услышал?

— О, замечательно. У тебя есть масло, — послышался голос Макото.

«Пшшш…» — звук плавящегося на сковородке масла. И сразу насыщенный аромат — ни у растительного масла, ни у маргарина нет такого.

— Ты ведь читал ее интервью, да? — снова заговорила Рика. — Я так перед тобой виновата. За то, что рассказала Манако про ночь в отеле…

Не оборачиваясь, Макото мягко перебил ее.

— Конечно, читал. Сначала я удивился и разозлился. Я ведь еще тогда заподозрил что-то такое. Ты сама назначила встречу, и я подумал: уж не собирается ли «Сюмэй» сделать специальный выпуск, посвященный сексу? Такой уж ты человек. У тебя вся жизнь завязана на работе. Но я и сам такой же, поэтому мы и сошлись.

— Да уж… Мы совсем ничего не обсуждали.

Рика облегченно выдохнула — Макото не держит на нее зла. От пыльного воздуха в носу засвербело.

— Будь мы любовниками до сих пор, я бы, наверное, тебя не простил, но ведь уже все иначе. Кстати, помнишь, я рассказывал, как в детстве позавидовал другу, у которого мать печенье пекла? Моя старшая сестра тогда пожалела меня. Купила смесь для блинчиков и приготовила мне. Сказала, это несложно, если все делать точно по инструкции на коробке. Ты мне как-то, на День святого Валентина, кекс испекла. Считай мои блинчики запоздалой ответной благодарностью.

— Как-то… Не так уж и давно это было, всего три месяца назад, — уязвленно заметила Рика.

— И правда. А такое ощущение, будто годы прошли. И твоя квартира, когда я зашел, показалась мне из далекого прошлого…

— В конце «Маленького черного Самбо» злые тигры превратились в масло, и мать Самбо испекла лепешки… Интересно, она подмешивала масло в тесто? Или просто смазывала сковородку? А может, она блинчики испекла?

Бормотание Рики растворилось в шелесте вентилятора и шипении масла — похоже, Макото ее теперь точно не услышал. Шлеп — перевернул он блинчик.

Наконец Макото подошел к ней с тарелками. Идеально круглые блинчики-панкейки красивого рыжеватого цвета. Прямо как на картинке. Сверху поблескивает кленовый сироп, и он, конечно же, полил блинчики сливочным маслом. Рика благодарно кивнула.

— Приятного аппетита.

Она подцепила вилкой блинчик — он оказался очень легким, сразу видно, что тесто хорошо вымешано. Золотистое подтаявшее масло сбежало на тарелку. Рика откусила и старательно, через силу, задвигала челюстями. Живот забурчал. Вкус наполнил рот, а значит, самое худшее позади.

Но аппетита так и не появилось, после четвертого укуса, сдерживая тошноту, Рика отложила вилку.

— Знаешь… — тихо пробормотала она, — это как будто сумо в одиночку. Пока я бродила вокруг Манако и пыталась подступиться, сама не заметила, как растоптала все, что ценила. Еще и близких ранила. Неудивительно, что Манако всегда выходит победительницей. Наверное, со временем людей вроде нее будет становиться все больше, а таких, как я, — все меньше, пока мы не вымрем совсем. Естественный отбор.