Первым делом она положила индейку в форму и попробовала запихнуть в духовку. Из духовки доносился легкий запах печеных яблок. Убедившись, что тушка помещается целиком, Рика выдохнула — этот момент беспокоил ее больше всего.
Затем она открыла новенький холодильник. Полки она убрала заранее, продуктов внутри почти не было, и индейка заняла отведенное для нее место. Юи выглянула из-за плеча Рики и удивленно спросила:
— Ой, а вы что, специально для индейки купили холодильник?
— Ну, не специально, конечно, но раньше я пользовалась маленьким, как в отелях.
— А разве нельзя просто оставить тушку в комнате? Тогда она разморозится быстрее, и три дня ждать не надо.
— Пишут, что в таком случае верхний слой мяса начнет портиться прежде, чем растают внутренности.
Рика проводила Юи до двери. На прощание она сказала ей:
— Думаю, мой совет будет лишним, но все же… Тебе сейчас стоит думать только о своей новой работе — не делай того, что может все испортить. Не надо слишком меня выгораживать — ты и так мне много помогаешь.
Юи застыла.
— Знаете, я всегда вами восхищалась. И очень многие в издательстве на вашей стороне, пусть и не все говорят об этом вслух. Так что ничего такого в моей поддерж-ке нет.
— Спасибо, — пробормотала Рика.
Утром следующего дня ей пришло сообщение от Синои.
«
Это не удивило Рику. Вот оно — блюдо, которое Манако хотела приготовить до такой степени, что убила троих… Нет, даже пятерых мужчин. Индейка так и сгнила в холодильнике, не дождавшись своего часа.
Весь день Рика не могла толком сосредоточиться на работе — все ее мысли крутились вокруг заветной тушки в холодильнике. Что бы она ни делала — перед глазами стояла индейка. Наверное, и с Манако так было.
Отсиживаясь у Екоды, Манако все равно собиралась вернуться к себе домой. Она переживала об индейке и вряд ли допускала мысль о том, что ей придется задержаться у него. Нет, Манако хотела устроить рождественскую вечеринку с подругами из «Салона Миюко». Учитывая ее стремление к совершенству в кулинарии, наверняка она планировала несколько раз приготовить блюдо на пробу, прежде чем красоваться им перед другими. Ведь ей надо было усладить вкусы искушенных дам.
Вернувшись домой, Рика то и дело заглядывала в холодильник и замирала, открывая его. Пусть и прошел целый день, индейка все еще была твердой как камень.