– Она жила в цирке. Корабль, на котором ее везли, стоял у причала в Новой Шотландии. Внезапно на нем возник пожар. Корабль затонул, некоторые звери погибли. А Лилли выбралась живой, но у нее на спине и на ногах были ожоги второй степени.

Кто бы мог подумать, что слониха, о которой я заботилась уже почти два года, пережила такие ужасы.

– Просто удивительно, – сказала я, – что они не обвиняют нас в том, что вытерпели от других людей.

– Думаю, слоны умеют прощать. – Гидеон посмотрел на Мауру, и уголки его рта опустились. – Во всяком случае, я очень на это надеюсь. Думаешь, она помнит, как я забирал ее детеныша?

– Конечно помнит, – прямо ответила я, – но больше не держит на тебя зла.

Гидеон собрался было что-то возразить, как вдруг лицо его окаменело, он резко вскочил и бросился бежать.

Дженна, прекрасно знавшая, что не нужно подходить близко к слонам, и до сих пор ни разу не пытавшаяся проверить, насколько строги наложенные мамой запреты, сейчас стояла в двух футах от Мауры и как зачарованная глазела на нее. Она обернулась и с радостной улыбкой пролепетала:

– Слоник!

Маура опустила хобот и обнюхала светлые хвостики Дженны.

Этот момент был одновременно полон волшебства и опасности. Дети и слоны непредсказуемы. Одно неловкое движение – и слониха могла затоптать Дженну.

Я встала, во рту у меня пересохло. Гидеон уже был рядом, он двигался медленно, чтобы не испугать Мауру. Подхватил на руки Дженну, как будто это была игра.

– Пойдем-ка обратно к мамочке, – сказал он, оглядываясь через плечо на слониху.

И тут Дженна заверещала:

– Слоник! Хочу туда!

Она брыкалась, пинала Гидеона ножками в живот, билась и извивалась, как рыбка на крючке.

Это была настоящая истерика. Крики девочки испугали Мауру, и она метнулась в сторону леса, громко трубя.

– Дженна! – рявкнула я. – Нельзя подходить близко к животным! Я же тебе объясняла!

Но в моем голосе звучал страх, и от этого малышка разрыдалась пуще прежнего.

Гидеон крякнул – обутая в кроссовку ножка попала ему прямо в пах.

– Прости… – произнесла я, протягивая руки, чтобы забрать у него ребенка, но он отвернулся и продолжал качать Дженну и подбрасывать ее вверх, пока крики не стихли, а плач не перешел в икоту. Малышка схватилась ручонками за воротник его красной форменной рубашки и начала тереться об него щекой, так же она делала с одеялом, когда засыпала.