И теперь я рада доложить, что он остался прежним. Постарел, конечно, – кто из нас не постарел? – но очень славно повстречать давнего доброго знакомого, пусть и покрывшегося морщинами. Нашего кафе больше нет, но это не беда. Все вокруг меняется, таково правило жизни. Мы с Тедом пообещали друг другу оставаться на связи. Думаю, так и будет. Я рассказала о своем желании добиться роли в театральной постановке, а он сказал, что перевернет все вверх дном, но приедет на меня посмотреть. Пип пообещала то же самое, но я уверена, что она будет слишком занята, когда опять прыгнет в лондонский водоворот.
Я купила себе айпад. Эвелин Маунткасл входит в двадцать первый век. Николас сказал, что не видит в этом смысла, ведь старый компьютер, который он мне купил, работает отлично. Я ответила, что для того, чтобы общаться с Пип в FaceTime, мне требуется правильное оснащение. Думаю, он тревожится, что я растранжирю все его наследство.
Я купила себе айпад. Эвелин Маунткасл входит в двадцать первый век. Николас сказал, что не видит в этом смысла, ведь старый компьютер, который он мне купил, работает отлично. Я ответила, что для того, чтобы общаться с Пип в FaceTime, мне требуется правильное оснащение. Думаю, он тревожится, что я растранжирю все его наследство.
Простившись с Тедом, мы отправились смотреть новый дом Пип, квартиру на третьем этаже в большом викторианском таунхаусе в Хекни. Это недалеко от Кентиш-Таун-роуд, где мы жили с Брендой, хотя все вокруг так изменилось, что я не понимала, где нахожусь, пока мы не подкатили в такси к самой входной двери.
Простившись с Тедом, мы отправились смотреть новый дом Пип, квартиру на третьем этаже в большом викторианском таунхаусе в Хекни. Это недалеко от Кентиш-Таун-роуд, где мы жили с Брендой, хотя все вокруг так изменилось, что я не понимала, где нахожусь, пока мы не подкатили в такси к самой входной двери.
Мы осматривали квартиру, как вдруг в дверь позвонили. На пороге стояла женщина с лимонным пирогом и растением в горшке. Ее фамилия Саффрон, она акушерка, живет в квартире ниже этажом. Пип обрадовалась, что у нее общительные соседи. Думаю, она там приживется.
Мы осматривали квартиру, как вдруг в дверь позвонили. На пороге стояла женщина с лимонным пирогом и растением в горшке. Ее фамилия Саффрон, она акушерка, живет в квартире ниже этажом. Пип обрадовалась, что у нее общительные соседи. Думаю, она там приживется.
Мы вернулись вместе, но в следующий уик-энд Пип переезжает. Я буду сильно по ней скучать, но теперь стану часто наведываться в Лондон, и мы сможем встречаться.
Мы вернулись вместе, но в следующий уик-энд Пип переезжает. Я буду сильно по ней скучать, но теперь стану часто наведываться в Лондон, и мы сможем встречаться.
«Как это?» – слышу я ваш вопрос. Я боялась, что вы не спросите. Я обзавелась агентом, это, конечно, не Джулиан. Его я искать не стала, уверена, что он либо отошел от дел, либо уже в могиле. Мой агент – весьма профессиональная молодая женщина по имени Кейт. Она не сомневается, что мне не придется скучать. Возраст – время для характерных ролей, лозунги нового мира – «незаметных женщин не бывает», «возраст не помеха», «седина всем к лицу». На пожилых актрис большой спрос. Не верите – посмотрите на Джуди и на Хелен. А как насчет Имельды, Мэгги, Дайаны, Селии?[12] Честно говоря, список гораздо длиннее. Скоро я поеду в Лондон, фотографироваться для портфолио. Поглядим, что из этого выйдет.
«Как это?» – слышу я ваш вопрос. Я боялась, что вы не спросите. Я обзавелась агентом, это, конечно, не Джулиан. Его я искать не стала, уверена, что он либо отошел от дел, либо уже в могиле. Мой агент – весьма профессиональная молодая женщина по имени Кейт. Она не сомневается, что мне не придется скучать. Возраст – время для характерных ролей, лозунги нового мира – «незаметных женщин не бывает», «возраст не помеха», «седина всем к лицу». На пожилых актрис большой спрос. Не верите – посмотрите на Джуди и на Хелен. А как насчет Имельды, Мэгги, Дайаны, Селии?
Честно говоря, список гораздо длиннее. Скоро я поеду в Лондон, фотографироваться для портфолио. Поглядим, что из этого выйдет.
Благодарности
Благодарности
Мне хотелось написать роман о том, как люди оказываются пленниками не только обстоятельств, но и историй, которые они сами сочиняют.
И Пип, и Эвелин отчаянно бегут от жизни, которую считают недостойной для себя, но их затягивают обратно неподконтрольные им события. Мне хотелось представить, каково им приходится, как им удается выжить, когда все их планы идут прахом.
Создать Пип и Эвелин мне помогли двое людей, которым я чрезвычайно признательна. В бытность солиситором я постоянно имела дело с барристерами, но это было давно, и мне необходимо было узнать о произошедших изменениях. Кирстен Сджоволл из Matrix Chambers, Gray’s Inn, Лондон, любезно посвящала мне свое время и отвечала на все вопросы.
Еще меньше я знала о мире Эвелин, пришлось расспрашивать моего доброго друга актера Томаса Фрира, разъяснявшего, как проходят прослушивания и как работают агенты.
Все ошибки и неточности, допущенные при описании обоих этих миров, остаются всецело на моей совести.
Хочу, как всегда, поблагодарить прекрасную команду Amazon Publishing, в особенности моего редактора Викторию Пепе, которая своим спокойствием помогла мне преодолеть кризис доверия. Я признательна также Селин Келли, издателю всех моих книг, всегда направляющую меня в правильную сторону.
Наконец, выражаю благодарность моей семье. Я работала над этой книгой в локдаун в две тысячи двадцатом году, когда мы были заперты дома вшестером, и все были ко мне бесконечно терпеливы. Признаться, мне самой порой не хватало самообладания, но они добродушно терпели это. Потрясающая поддержка родных помогает мне справляться с трудной задачей сочинения книг, моего способа зарабатывать на жизнь, за что я им всем бесконечно благодарна. Спасибо моим замечательным родителям, в особенности маме, она первой меня читает, ей все нравится (мамы – они такие).
Большое спасибо, что решили прочесть мою книгу.