Лгунья… Она встречалась с ним.

Глава 37

Глава 37

Бет

Бет

Сейчас

Я рада, что поговорила с Адамом и что он не избегает меня. Однако теперь, когда иду по деревне к детскому садику, меня больше тревожит предстоящая встреча с Зои. Откровенно боюсь того, что за этим последует: как много она уже знает, какого рода объяснения от меня потребуются… Придется попросить ее принять дополнительные меры поддержки в отношении Поппи. Ничто из этой жуткой истории не должно повлиять на мою дочь. Это было бы несправедливо по отношению к ней. Натягиваю на голову капюшон куртки, хоть дождя и нет, – в надежде на то, что никто ко мне по дороге не прицепится. Я опаздываю, так что если повезет, то встреча с большинством родителей мне не грозит. Если только они не околачиваются поблизости, болтая друг с другом, сплетничая и удивляясь, куда же это я запропастилась. Когда подхожу к садику, чувствую, как сами собой напрягаются веки, пока я прищуренным взглядом шарю по сторонам.

Джулия стоит у ворот, а ее тройняшки кругами носятся вокруг нее, но она без своего обычного боевого отряда. Что странно. Киваю, подходя к ней, быстро здороваюсь и прохожу в ворота.

– Бет, милочка! – зовет она вслед.

Медленно поворачиваюсь.

– Я тут подумала, что вам, должно быть, малость, ну… одиноко. И хотела спросить: вы не против, если попозже я к вам загляну? – говорит Джулия, склонив голову набок. – И захвачу винца?

Она пожимает плечами и улыбается. Колеблюсь, собираясь отклонить ее предложение, но Джулия это предвидит.

– Ну так как, Бет? Я так отчаянно нуждаюсь в какой-нибудь взрослой компании на вечер… мне смертельно надоел Мэтт. – Она закатывает глаза и принужденно хихикает.

Интересно, это всерьез? Сильно подозреваю, что подобное объяснение Джулия с ходу сочинила прямо сейчас – в надежде, что я все-таки сдамся.

Впрочем, хуже не будет.

– Это было бы просто замечательно, спасибо, – отвечаю я.

Джулия выпрямляется, лицо ее расцветает.

– Ну вот и прекрасно! – восклицает она, вся так и сияя. – Мне просто жутко подумать, что вам придется торчать дома в полном одиночестве, когда все это… на вас навалилось.

Потом подхватывает свой выводок и гонит тройняшек через дорогу, крича на ходу:

– Часикам к семи подойду!

Сразу начинаю сомневаться в намерениях Джулии и почти собираюсь крикнуть ей вслед, что передумала, но она уже исчезла за углом. Ладно, можно потом кинуть ей эсэмэску – что у меня мигрень или что-нибудь в этом роде, – чтобы отделаться от нее. Учитывая тупую боль, которая сейчас пульсирует у меня в голове, это все равно будет недалеко от истины. Потираю виски и захожу внутрь.

Поппи сидит на стуле, болтая ногами, с рюкзачком на коленях. Она выглядит совсем крошечной. В горле встает комок. Хочу обнять ее, защитить, укрыть от той негативной реакции, которую вызовет арест Тома.

– Привет, моя маленькая Поппи-поппет! – говорю я, протягивая к ней руку, поднимая со стула и крепко сжимая в объятиях. Чувствую, как ее маленькие ручки тоже обхватывают меня. Не могу удержаться от слез.

– Не плачь, мамочка, – говорит она. Все напряжение прошлой недели, которое я так старательно сдерживала, держала в узде, сейчас угрожает выплеснуться из меня, прямо в это мгновение. Стискиваю зубы, глубоко вдыхаю через нос и беру себя в руки. Мне нельзя сейчас окончательно расклеиться. Мне нужно быть сильной ради Поппи.

– Это я просто так рада тебя видеть, – говорю я. Ее светло-русые бровки опускаются, как будто даже она знает, что пла́чу я вовсе не из-за этого.

– Ладно, так вы не возражаете, если мы немного пообщаемся у меня в кабинете, Бет? – слышу я голос Зои. – Поппи, ты не побудешь с Вандой еще немного? Я хочу поговорить с твоей мамой.

На лице у Поппи проскакивает беспокойство, но оно быстро сменяется улыбкой, когда Ванда берет ее за руку и ведет в зооуголок. У них там появилась гигантская африканская улитка, которую Поппи находит очаровательной.

В кабинете Зои говорит мне, чтобы я ни о чем не волновалась. Но когда я объясняю ей, что Тому теперь предъявлено обвинение, ее расслабленное было лицо заметно напрягается. Меня несколько удивляет, что подобное развитие событий стало для нее новостью – я бы подумала, что сплетни уже дошли абсолютно до всех. Она неловко ерзает на стуле, потом откашливается.

– Очень жаль это слышать… Должно быть, непросто вам сейчас приходится. Послушайте, я здесь вовсе не для того, чтобы о чем-то судить… – Уже от одних только этих слов у меня начинает крутить в животе. Зои явно считает Тома виновным. И неужели каким-то боком и меня тоже? – Наша ответственность перед Поппи требует создать такие условия, чтобы на нее это никоим образом не повлияло, пока она находится на нашем попечении. Я имею в виду внутренние и даже в какой-то степени внешние факторы. Но я никак не могу контролировать то, что происходит за пределами этих стен, Бет.

– Нет, нет, я все понимаю. Я просто хотела попросить вас уделять ей чуть больше внимания – проследить за тем, чтобы другие дети или персонал не стали обращаться с ней как-то по-другому.

– Дети слишком малы, чтобы что-то понять. Крайне маловероятно, что они будут вести себя как-то по-другому.

– Они могут нахвататься всякого от своих родителей. Готова поспорить, что у тех найдется что сказать о моей нынешней ситуации. – Непроизвольно сжимаю пальцами колени – эта мысль опять заставляет меня занервничать.

– Мы, конечно, будем повнимательней присматривать за Поппи, прислушиваться к подобным разговорам и пресекать их в самом зародыше. Мы хотим, чтобы детский сад стал для нее безопасным убежищем – местом, где она могла бы спокойно расти и развиваться. – Зои протягивает руку и кладет свои руки поверх моих, ласково сжимая их. – Все с ней будет в порядке, Бет. Дети – на удивление гибкие существа.

Перед моим мысленным взором проскакивает воспоминание о том, как мой отец бросил меня.

Так ли это на самом деле?

Поскольку мой собственный опыт говорит об обратном.

Глава 38

Глава 38

Она лежит молча и совершенно неподвижно на спине; ее перемотанные веревкой запястья привязаны к спинке кровати, ноги раздвинуты и притянуты за лодыжки к столбикам кровати. Его дыхание становится все громче, все быстрее. Повязка на глазах мешает ей видеть его, но она слышит его движения; знает, в какой части комнаты он находится. Знает, что он собирается сделать.

Раньше предвкушение этого вызывало у нее прилив адреналина. Теперь же она просто хочет, чтобы это поскорей закончилось. Хочет, чтобы все наконец осталось позади – без страха, затуманивающего ее разум все это время, необходимое ему для воплощения своих фантазий. Она надеется, что в прошлый раз достаточно ясно выразилась и что он опять не придушит ее до потери сознания.

– Мне нужно преподать тебе урок, – говорит он. Ее надежды тают, когда она чувствует, как горячие ладони ползут вверх по ее груди и останавливаются на горле.

Она набирает полную грудь воздуха. Готовит себя к его игре.

Давящий на нее вес вдруг смещается вбок и пропадает. Она в замешательстве. Отчаянно пытается понять, куда он отошел, что делает.

Это что-то новенькое. Теперь она дышит ровно; поворачивает голову, чтобы прислушаться – чтобы понять, что он задумал. Затем что-то гладкое охватывает ей шею. «Он решил использовать свой галстук?»

Она чувствует сильный рывок, когда скользкая материя сдавливает ей горло. Слышит его стон предвкушения, его нарастающее возбуждение.

Ну вот, началось…

Глава 39

Глава 39

Бет

Бет

Сейчас

– О господи! – Вздрогнув от стука во входную дверь, быстро задвигаю на место ящик посудомоечной машины. Уже семь, а я и думать забыла о предстоящем визите Джулии и так и не написала ей эсэмэску с объяснениями. Очень подмывает сделать вид, будто меня нет дома, но поскольку она знает, что это не так, это не выход. Я даже не успела умыться и переодеться – слишком увлеклась уборкой на кухне после ужина, – так что и выгляжу соответственно. Испускаю стон и быстро приглаживаю рукой волосы, направляясь к двери.