— Образование… Разве оно важнее дружбы?

Я больше не могу это выносить, внутри все кипит от злости. Сославшись на боль в животе, я встаю из-за стола. Уже на выходе из гостиной я слышу, как дедушка говорит:

— У девочки слабый желудок. Совсем как у ее брата.

* * *

Я пришла первой. Сажусь за столик перед кафе «Ривьера». Мы договорились встретиться в девять, на часах — без десяти. На улице безлюдно, не шумит река, но из окна над моей головой доносятся слабые отголоски какой-то инди-группы — может, это Noah and the Whale, или Fleet Foxes, или Foals, или The xx, или что-то вроде того, я в последнее время с трудом их различаю. Играет музыка, а я жду Лукаса.

Жду до девяти. До девяти пятнадцати. Потом жду до половины десятого.

В 22:07 вибрирует мой мобильный.

(22:07) Лукас Райан Прости х

(22:07) Лукас Райан

Прости х

Я очень долго не могу оторвать взгляд от этого сообщения. Одно-единственное слово, даже без точки, и крохотный бессмысленный крестик.

Кладу телефон на стол и поднимаю глаза к небу.

Когда идет снег, небо светлее. Я выдыхаю, и облако пара проплывает над моей головой.

Потом я встаю и иду домой.

Глава 4

Глава 4

На школьном собрании в среду старшеклассники рассаживаются по пяти разделенным на секции рядам. Нужно занять все свободные места, иначе все в актовый зал не влезут, поэтому особо выбирать не приходится. Так я случайно оказываюсь между Ритой и Бекки.

Пока зал медленно заполняется, Бен Хоуп — синяки у него с лица еще не сошли, но в школу он вернулся — смотрит прямо на меня. Он не выглядит злым или напуганным, не пытается подчеркнуто меня игнорировать. Нет, вид у него скорее грустный, словно он вот-вот заплачет. Возможно, потому что популярным ему уже не быть. На этой неделе я не замечала их с Бекки вместе: наверное, не зря я закатила истерику, и Бекки ко мне все-таки прислушалась. Я думаю о Чарли. О том, где Майкл. И хочу, чтобы Бен исчез.

Кент уже взял слово. Он говорит о женщинах. Эту тему поднимают почти на всех собраниях.

— …но я буду с вами предельно честен. В нашем мире вы, женщины, автоматически оказываетесь в невыгодном положении. — Бекки справа от меня никак не может определиться: то ли правую ногу закинуть на левую, то ли левую на правую. Я изо всех сил стараюсь не ерзать. — Не думаю… что многие из вас понимают, как вам на самом деле повезло.

Я начинаю едва слышно считать, сколько пауз Кент делает в каждом предложении. Бекки не спешит ко мне присоединиться.

— Возможность… посещать… лучшую школу для девочек… в графстве… это невероятная привилегия.

Лукас сидит в двух рядах впереди меня. Он случайно встретился со мной взглядом, когда пробирался на свое место, и я не потрудилась отвернуться. Нет, я продолжила смотреть ему в глаза. На самом деле я даже не злюсь на него за то, что он не пришел вчера. Я вообще ничего не чувствую.

— Знаю, многие из вас… жалуются, что им тяжело, но, пока вы не столкнетесь с реальным миром, в котором придется по-настоящему работать, вы не поймете, что такое… тяжелый труд.

Рита вдруг похлопывает меня по колену, а потом протягивает листок со школьным гимном. Под строчками «Любовь засияет» она написала: «Ты сама ото всех закрываешься!!!!!!»

— Когда вы закончите школу, вас ждет сильное потрясение. В школе с вами обращаются на равных.

Я несколько раз перечитываю слова Риты, потом смотрю на нее. Она ведь просто моя знакомая. Мы даже не друзья.

— Чтобы достичь своих целей… вам придется работать усерднее, чем мужчинам. Это суровая правда жизни.

Рита пожимает плечами.

— Поэтому я надеюсь, что во время вашего обучения в этой школе вы будете ценить то, что у вас есть. Вам очень повезло. У вас есть потенциал делать то, что вам хочется, и стать теми, кем вы хотите.

Я складываю из листа с гимном бумажный самолетик, но не запускаю, потому что на собрании так делать нельзя. Все встают и начинают петь «Любовь засияет», и от слов гимна меня едва не пробивает на смех. На пути к выходу из актового зала я незаметно подкидываю самолетик Бекки в карман блейзера.

* * *

В столовой я ни к кому не подсаживаюсь и в конце концов решаю отказаться от обеда. Это ничего. Я брожу по школе. В течение дня я не раз задаюсь вопросом, где Майкл, но порой кажется, что мне абсолютно все равно.

Я не видела его с субботы.

У меня не выходят из головы его соревнования. Полуфинал национального первенства среди юниоров.

Интересно, почему он ничего мне не сказал?

Интересно, почему он не ходит в школу?

Я сижу возле теннисных кортов в окружении чаек, что довольно-таки странно — разве им не полагается улетать куда-то зимой? Сейчас пятый урок — музыка. Я всегда пропускаю музыку по средам, потому что на этом уроке мы отрабатываем выступление. Я наблюдаю за тем, как девчонки из седьмого класса выходят из школы и направляются к стадиону. Некоторые бегут, почти все смеются, и у каждой в руках — охапка хлопушек. Учителей нигде не видно. Не знаю, что сказал ученикам седьмого класса Солитер, но он явно здесь замешан.

Я достаю телефон и загружаю гугл. Вбиваю имя Майкла Холдена, потом — название нашего городка. И нажимаю «Поиск».

Как по волшебству, гугл выдает мне именно моего Майкла Холдена.

Верхняя ссылка — на статью в газете нашего графства под заголовком «Местный подросток выигрывает Национальный чемпионат по конькобежному спорту». Щелкаю на нее, жду, пока загрузится. Коленки так и подпрыгивают от нетерпения. Иногда я ненавижу интернет.

Статья почти трехлетней давности. На фотографии пятнадцатилетний Майкл — с тех пор он почти не изменился. Может, лицо не такое выразительное. И волосы чуть длиннее. И ростом он чуть пониже. На фото он стоит на подиуме с кубком и букетом цветов. И широко улыбается.

«Местный подросток Майкл Холден завоевал первое место на ежегодном Национальном чемпионате по конькобежному спорту среди юношей младше 16 лет…» «Среди прежних достижений Холдена — победа на Региональном чемпионате среди юношей младше 12 лет, Региональном чемпионате среди юношей младше 14 лет и Национальном чемпионате среди юношей младше 14 лет…» «Глава ассоциации конькобежного спорта Великобритании мистер Джон Линкольн прокомментировал выдающуюся серию побед Холдена. Линкольн заявил: „Перед нами будущий участник международных состязаний. Холден демонстрирует целеустремленность, опыт, силу духа и талант, необходимые, чтобы принести Великобритании победу в виде спорта, который в этой стране незаслуженно обходят вниманием“».

«Местный подросток Майкл Холден завоевал первое место на ежегодном Национальном чемпионате по конькобежному спорту среди юношей младше 16 лет…»

«Среди прежних достижений Холдена — победа на Региональном чемпионате среди юношей младше 12 лет, Региональном чемпионате среди юношей младше 14 лет и Национальном чемпионате среди юношей младше 14 лет…»

«Глава ассоциации конькобежного спорта Великобритании мистер Джон Линкольн прокомментировал выдающуюся серию побед Холдена. Линкольн заявил: „Перед нами будущий участник международных состязаний. Холден демонстрирует целеустремленность, опыт, силу духа и талант, необходимые, чтобы принести Великобритании победу в виде спорта, который в этой стране незаслуженно обходят вниманием“».

Я возвращаюсь на страницу с результатами поиска. Там еще много похожих статей. В прошлом году Майкл выиграл чемпионат среди юношей младше 18 лет.

Наверное, поэтому он так злился, когда в полуфинале пришел вторым. Что ж, справедливо. Я бы на его месте тоже была вне себя.

Какое-то время я сижу и таращусь на открытую страницу гугла. Неужели не могу переварить тот факт, что мой друг оказался знаменитостью? Вряд ли дело в этом. Просто в голове не укладывается, что у Майкла удивительная жизнь, о которой я даже не подозревала. Жизнь, в которой он не просто околачивается поблизости с улыбкой на лице, творя всякую бессмыслицу.

Как же легко впасть в заблуждение, что знаешь о человеке всё.

Я убираю телефон и откидываюсь на проволочный забор.

Ученицы седьмого класса собрались в кучку. К ним бежит учительница, но поздно: девчонки начали обратный отсчет от десяти. Дойдя до нуля, они поднимают хлопушки и одновременно взрывают их. Я словно очутилась на поле боя Второй мировой войны. Все кричат и прыгают, в воздухе безумным радужным ураганом кружатся бумажные спиральки. На поле появляются другие учителя, они тоже кричат. Я ловлю себя на том, что улыбаюсь, а потом и вовсе начинаю смеяться. И тут же накатывает разочарование в себе. Я не должна получать удовольствие от проделок Солитера, но, кажется, я впервые в жизни испытываю теплые чувства к седьмому классу.

Глава 5

Глава 5

Я еду на автобусе домой, когда Майкл решает, что это идеальный момент для драматичного возвращения. Я сижу во втором ряду с конца, у окна слева, и он внезапно появляется на своем старом ржавом велосипеде — едет по дороге на одной скорости с автобусом. Стекло все грязное, снег исчиркан высохшими каплями воды, но даже так я могу разглядеть самодовольный профиль Майкла, который улыбается навстречу ветру, как довольный пес, высунувший голову в окно машины.

Он поворачивается, окидывает взглядом автобус и в конце концов видит, что я сижу прямо перед ним. Волосы у него всклокочены, куртка развевается за спиной на манер плаща, он причудливо машет рукой, а потом с такой силой хлопает ладонью по стеклу, что глупая ребятня в салоне разом перестает швыряться чем они там швырялись — и теперь все смотрят на меня. Я тоже поднимаю руку и машу Майклу, чувствуя себя крайне неловко.