– Я рассказал все мамам, – говорю я. – Стина сейчас разговаривает с Класом и Каролин. Она должна сказать, что кто-то пришел в церковь и на исповеди рассказал, как ты умерла. Что произошел несчастный случай. А потом человек якобы запаниковал и спрятал тебя в Hoppe. Надеюсь, им станет немного легче. – Я делаю глубокий вдох перед тем, как продолжить. – Я не знаю, правильно ли мы поступаем. Мне известно только, что я никогда не справился бы без Люсинды. – Слезы начинают бежать по моим щекам, как только я называю ее имя. – По-моему, я люблю ее.
И на какое-то короткое мгновение, всего на долю секунды, Тильда будто оказывается рядом со мной. Это не прикосновение, скорее словно кто-то осторожно перемещает частицы воздуха над кожей у меня на спине. Примерно так обычно ощущается, когда за тобой наблюдают. И я верю, что это Тильда. А потом она исчезает. Я жду, пытаюсь почувствовать ее снова. Но уже знаю, что она не вернется. Я поворачиваюсь, но сзади никого нет. Она попрощалась со мной.
ИМЯ: ЛЮСИНДА
TELLUS № 0 392 811 002
ПОСЛАНИЕ: 0051
Всю ночь мне снилась Тильда. Последний сон был воспоминанием. Будучи в возрасте Молли и Миранды, мы вдвоем посмотрели фильм о двух детях, которые заставили своих родителей полюбить друг друга, и болтали о том, что нам следовало бы поступить аналогичным образом. Если бы ее мама вышла замуж за моего папу, мы стали бы настоящими сестрами.
Мы уже тогда знали, что Клас и Каролин друг друга разлюбили.
Когда я проснулась, меня одолело любопытство, как бы все получилось, если бы они развелись раньше. И никому из взрослых не пришлось бы прятать никаких тайн.
У меня тяжело на душе, поскольку мы не можем рассказать всем, как умерла Тильда и почему. Мне очень хочется заткнуть рты каждому, кто утверждал, что она сама накликала на себя беду, и называл ее наркоманкой, играющей с огнем. Никто не желает себе такого. А Тильда не была настолько плохой девчонкой, чтобы ее так жестоко наказывали за грехи. Она, по крайней мере, была честной, несмотря на все свои секреты.
Я проиграла сделанную мною у Молли запись папе. По его мнению, тоже лучше ничего не рассказывать. Сейчас он на сто процентов уверен в невиновности Симона. Я также рассказала ему о таблетках от синдрома дефицита внимания и гиперактивности. И, по его словам, он примерно догадывается, какой врач там «помог».