С т а р ш а я. То, что вы слышали. Где здесь можно переночевать?

Ж а н д а р м. Тут вам не Санкт-Петербург. И не Уфа. Гостиницами не располагаем.

С т а р ш а я. Когда будет пароход?

Ж а н д а р м. На пристани спрашивайте.

С т а р ш а я. А у вас расписания нету?

Ж а н д а р м. Какое расписание? Может — завтра, может — через неделю. А до Минусинска все одно не доехать. Вода низкая.

С т а р ш а я. Так как же?

Ж а н д а р м. Доедете до Сорокина.

М л а д ш а я. Это уже не страшно, мама! Ну, от Сорокина чуть дальше, ну, оттуда верст восемьдесят, не больше… Я все это в Питере изучила…

С т а р ш а я. Легко сказать — восемьдесят верст. (Жандарму.) А лошадей-то там достать можно?

Ж а н д а р м. Не знаю, не ездил.

С т а р ш а я. Толком-то — сколько оттуда?

Ж а н д а р м. Сказано ведь, что поболе будет, чем от Минусинска. И дорога хуже.

С т а р ш а я. Что значит хуже?

Ж а н д а р м. А может, и нет ее совсем. Какая сейчас дорога — в эдакую распутицу? (Зевнул.) Слава богу, не этапом погнали, а то многие не доходят. (Приложил печати.) Вот ваши документы.

Женщины вышли, а он стал взбираться на печь.