— Следующий! — прокричала булочница.

— Я хотел бы хлеба,— еле выговорил Орвер, поглаживая живот.

— Хлеб за четыре ливра для мсье Лятюиля! — заорала булочница.

— Нет! Нет! — взвыл Орвер.— Маленький хлебец!

— Рыло! — завопила булочница и обратилась к мужу: — Послушай, Люсьен, займись им, это его чему-нибудь научит.

У Орвера снова зашевелились на голове волосы, и он понесся прочь изо всех сил. Угодил в самую витрину. Та устояла.

Найдя выход, он оказался наконец на улице. Оргия в булочной продолжалась. Подмастерье возился с детьми.

— Ну, черт! — бурчал Орвер.— А если я хочу выбирать? С такой пастью, как у этой булочницы...

И тогда он вспомнил о булочной, что находилась за мостом. Там булочнице семнадцать лет, взгляд у нее умилительный, а какой замечательный носит она передник — маленький, гофрированный... быть может, на ней теперь только он один и остался...

Орвер быстро зашагал к булочной. Трижды он натыкался на сплетенные тела и каждый раз удивлялся увиденным комбинациям. В одном случае он насчитал не менее пяти человек.

— О, Рим! — шептал он.— Оргии! О!

Он почесал голову: в результате того, что он налетел на витрину, у него вздулась шишка размером с голубиное яйцо. И ускорил шаг: мысль о возможном сопернике с лучшим параметром подстегивала его.

Желая скорее приблизиться к цели, Орвер старался достичь домов — дальше он уже будет двигаться на ощупь. По фанерному листу, благодаря которому сохраняло жизнь одно из треснувших стекол, он различил витрину антикварного магазина. До булочной оставалось два дома.

И на полном ходу он налетел на неподвижное тело, стоявшее к нему спиной. Орвер вскрикнул.

— Не толкайтесь,— услышал он грубый голос,— и постарайтесь найти способ поскорее достать эту штуковину... м-м... из моих ног, иначе я вам пасть замурую!..

— Но... э... что вы себе позволяете...— возмутился Орвер и тут же свернул налево, подальше от греха. Второй шок.

— И что вам надо? — услышал он другой мужской голос.

— В очередь хочу встать, как все люди.

В ответ он услышал хохот.

— Я что-нибудь не так сказал? — спросил Орвер.