43. К чему размышлять над тем, что видится, но не существует? Как существование золота неизвестно без его форм,
44. Так без восприятия мира и чувства эго не осознаётся Брахман. Не имея причины, этот мир не существует, а есть только раскинувшийся повсюду Брахман.
45. Этот мир есть только непроявленный Брахман. То, что наполняет всё, заставляет всё взаимодействовать,
46. И эти разнообразные восприятия создают чудеса жизни, как цепочка взаимодействий в пяти элементах. Так чистое Сознание развлекается с собой в себе самим собой.
47. Множественность узнаётся множественностью, как чистое Сознание само собой знает собственную природу. Наполненность порождает наполненность, из наполненности появляется наполненность,
48. Наполненность рождается из наполненности и остаётся только бесконечная наполненность. Только чистое Сознание сияет в самом себе тем, что является чистым Сознанием.
49. Будучи безраздельным, оно даже не сияет, а его так называемое сияние — это осознание творения. Чувство «я» как будто появляется само по себе, при осознании в начале творения, оставаясь при этом чистым Сознанием,
50. Не обретая при этом форму и не оставляя своей чистой природы. Это безначальный и бесконечный свет, вечная мыслеформа.
51. Проявляясь видимостью самсары, оно видит себя как существующее тело мира или же знает реальность по своей природе. Последующими видоизменениями оно становится существами и предметами и тут же становится видимым миром.
52. Брахман — это неподвижная реальность, осознающая саму себя в удивительных формах как раскинувшийся мир, не имеющая по своей природе слов и смыслов и поэтому неописуемая, но воспринимающая мир, лишённый собственных восприятий.
Сарга 97. История о Чудале: Пробуждение Шикхидхваджи
Сарга 97. История о Чудале: Пробуждение Шикхидхваджи
1. Кумбха сказал:
В соответствии с временем и местом из золота создаётся то или иное украшение. Но из неподвижного Брахмана ничто не появляется и ничто в него не возвращается.
2. Брахман пребывает в реальности самого себя, не являясь ни семенем, ни источником. Он есть только само чистое ощущение, и потому нет ничего иного помимо него, —