Такого успеха удалось достигнуть с выпуском дюделеровского «Порошкового молока для новорожденных» — эти круглые голубые банки и обернутые целлофаном пакеты, на которых изображена головка розового, смеющегося младенца, до сегодняшнего дня выставлены на прилавке всякой уважающей себя аптеки и бакалейной лавчонки. Именно этот продукт сделал Дюделеров богачами, фирма выросла неизмеримо, в ней были заняты теперь многие сотни рабочих и служащих, открывались новые лаборатории, в которых трудились дипломированные специалисты-пищевики: молоко взбалтывали в пробирках, подвергали действию различных реактивов, испытывали все новые смеси, идеи которых рождались в деятельном мозгу среднего Дюделера.

Во время войны Дюделер быстро переключил свое предприятие на снабжение армии. «Сливочный шоколад Дюделера» предпочитали в авиации, пилоты-истребители в большом количестве поедали укрепляющие нервную систему плитки этого шоколада, прежде чем взмыть в облака за победой или смертью. Для наземных боевых частей предназначалось дюделеровское «Солдатское питание» следующих трех разновидностей: сладкое — концентрированная, витаминизированная, обогащенная углеводами молочная каша; особо питательное — свинина с макаронами в сметанном соусе, с тертым сыром; обеденный набор — наиболее популярный сорт консервов: большая банка с тремя отделениями, перегороженными фольгой, в которых помещались сладкий молочный суп, гуляш в сметане и сладкий же сливочный пудинг с ванилью. До последнего дня войны производство этих консервов шло полным ходом, так что, когда замолкли пушки, склады оказались набитыми битком; как я уже упоминал, фирма долгое время распределяла солдатские консервы среди своего персонала, чья преданность от этого возросла беспредельно — в дни самой острой нехватки рабочей силы после войны Дюделеры отнюдь не страдали от недостатка рабочих. Я забыл упомянуть, что в упаковку всех продуктов, начиная от «Сливочного шоколада» и кончая тремя разновидностями «Солдатского питания», обязательно вкладывалась маленькая рекламная картинка. Нет, не фотография красотки, какой-нибудь белокурой секс-бомбы, дюделеровские методы рекламы были гораздо утонченнее. На картинке была изображена головка того самого смеющегося младенца, что красовался на голубых пачках дюделеровского детского порошкового молока, и, таким образом, под серыми шинелями незаметно поселялась тоска по родине, по семье, по зачатию таких вот младенцев, и она подспудно грызла солдат до тех пор, пока не стало возможно снова без помехи зачинать детей и откармливать их дюделеровским порошковым молоком до таких вот роскошных экземпляров, как младенец с рекламной картинки.