Политическая жизнь в Париже

Политическая жизнь в Париже

Конец весны и начало лета прошли в Париже под знаком заметного оживления в русской эмиграции, в том числе и в рядах монархистов. Это началось с собрания 22-го марта, которое, вопреки всем намерениям устроителей, переросло во внушительную монархическую демонстрацию. Целый ряд закрытых, но иногда довольно многолюдных собраний, последовавших за ним (имеем ввиду собрания Имперского Союза и Союза Конституционных Монархистов) ясно показали, что эмигрантские массы определенно видят необходимость создания большой и сильной монархической организации. Жаль, что до сих пор никто не занялся всерьез осуществлением этого пожелания, идущего снизу, и что, в частности, наиболее способный к такой работе человек Е. А. Ефимовский, по неизвестным причинам несколько раз откладывал созыв организационного собрания для создания задуманного им «Союза Народных Монархистов».

К сожалению, не меньшую, – если не большую, – активность проявляют и враждебные русской монархической идее политические группировки. На первом месте среди них стоят солидаристы. Эти последние придумали довольно ловкий маневр для захвата в свои руки в первую очередь эмигрантской молодежи и взялись за его проведение в жизнь, с энергией поистине достойной лучшего применения. Для этой цели была устроена «Устная газета молодежи», то есть серия докладов на различные темы, проводимых приблизительно раз в месяц. Официально во главе был поставлен некто А. Д. Шмеман[147], не состоящий открыто в НТС и считаемый в Париже (весьма ошибочно) за человека правых взглядов. «Устная газета» рекламировалась повсюду при активной поддержке «Русской Мысли», как совершенно аполитичное и беспартийное начинание, с единственным устремлением к борьбе с большевизмом. На практике, однако, докладчиками выступали почти исключительно солидаристы (например, г. г. Сибиряков, Хотиев, Седов) и вели решительную пропаганду против монархии и за солидаризм, сопровождая ее раздачей солидаристских листовок. Можно с удовлетворением отметить, что призывы вступать в НТС не встретили сочувствия у молодежи. Если на первом собрании ее было довольно много, на втором из общего числа присутствовавших человек в пятьдесят, ее насчитывалось не более десяти. Третье же, последнее собрание носило ярко выраженный характер закрытого партийного совещания, хотя вход и был свободным и бесплатным: присутствовали в порядке партийной дисциплины члены НТС и несколько человек любопытных, по преимуществу монархистов. Эффект первых двух собраний был чрезвычайно ослаблен успешными выступлениями в прениях монархистов с опровержением клеветы солидарис тов на русскую монархию. Короткие выступления Станюковича[148], Меликьяна, Покровского и автора этих строк настолько заметно срывали вербовку солидаристских кадров, что НТС в дальнейшем перешел к новой тактике и перестал допускать на докладах какие бы то ни было прения.