«Наша страна» (Буэнос-Айрес), 4 октября 1952 года, № 142, с. 5

День национальной России в Париже

День национальной России в Париже

22-го марта с. г., в зале Ваграм – одном из самых больших и шикарных в Париже – состоялось собрание, посвященное Национальной России.

О нем уже давно публиковалось в газетах, и я был в курсе его подготовки, так как меня пригласили на нем выступать. Однако, во мне жило сильное опасение, что придется иметь дело опять с одной из тех эмигрантских попыток всех объединить вокруг расплывчатых и недоговоренных лозунгов, которые делаются так часто и так безуспешно.

На этот раз меня ждала приятная неожиданность. Ораторов было несколько десятков и подобраны они были совершенно «беспартийным образом» – по правде говоря, довольно случайно. Были и молодые, и старые, представители разных общественных и военных организаций, журналисты, люди широко известные и неизвестные вовсе… Но их речи стихийно приняли характер монархической манифестации. Быстро выяснилось, что для всех них «национальная Россия» означает «царская Россия». Слово «монархия», которого по плану не полагалось произносить и которое распорядители просили избегать, чтобы не разжигать страсти, то и дело срывалось с уст выступавших, и каждый раз зал, полный до отказа – я еще никогда не видел столь многолюдного русского собрания в Париже – взрывался бурными аплодисментами. Их сила явно выигрывала от того, что, тоже вопреки обычному, около половины присутствовавших составляла молодежь. Виднелись скауты; витязи и сокола в своих формах, учащиеся Кадетского Корпуса в Версале, которые торжественно вынесли русские знамена, и стояли на страже около трибуны, и много молодежи, не состоящей ни в каких организациях.

Наибольший успех выпал на долю нового эмигранта Покровского[140], радикальнее всех поставившего точки над «и», и сказавшего, что русский народ хочет Царя и никогда не согласится ни на что иное. Другой новый эмигрант, армянский журналист, твердо заявил, что и армянский и грузинский народы при свободном голосовании выскажутся за единство с Россией и за монархию. Выступление автора этих строк – в монархизме которого читатели «Нашей Страны» вряд ли могут сомневаться – показалось бледным и нерешительным среди высказываний этих и нескольких других новых эмигрантов.

Что до старой эмиграции, она на этот раз говорила, как ей должно, ничего не замазывала и не приглушала: архиепископ Иоанн, генерал Тихменев[141], генерал фон Лампе[142], В. К. Абданк-Коссовский[143], и другие мужественно выражали мнение, что крах Монархии был страшным ударом для России, и что лишь ее восстановление сможет принести нашему народу лучшее будущее.