Это еще чаще встречается в литературе и искусстве: пишут хорошо, сочиняют плохо; живопись занятная, рисунок никудышный; искренности через край, мастерства ноль.
24 декабря 2019
24 декабря 2019
Диалоги девяностых. Знакомая журналистка рассказывала:
– Меня пригласили выступить на Би-би-си. Прислали машину, привезли, я минут пятнадцать поговорила в микрофон, мне дали пятьдесят долларов и отвезли домой. Гордая, приезжаю, говорю сыну-старшекласснику: «Вот, за час заработала полсотни долларов». А он мне: «Мам, ну ты прямо как валютная проститутка!»
Я говорю:
– Ну ты ему, конечно, дала по морде?!
– Нет, что ты! Это же он с уважением!
* * *
Старый вопрос: должен ли журналист брать интервью у того (делать «беседу» с тем), чьи взгляды он не разделяет, более того – чьи взгляды ему глубоко противны?
Ответ, я думаю, простой.
Если тут интересы дела – то да, безусловно. Например, важную премию получил поэт, который мне страшно не нравится, а я единственный литобозреватель в газете. Но просто мило побеседовать со сталинистом, врагом свободы и демократии – дабы узнать, что он думает об истории страны, русской литературе и семейной морали, – то, конечно же, не надо. Мне так кажется.
30 декабря 2019
30 декабря 2019
«Охота за “Молодой гвардией”». Не удивлюсь, если в обозримом будущем появится книга с таким названием. Зеркальная версия знаменитого документального романа Фадеева, который проходили в советской школе с 1950 по 1985 примерно годы.
В этом романе, исторически детальном и психологически подробном, ну прямо как у Литтелла, будет рассказано не о Кошевом, Тюленине и Шевцовой – а вовсе наоборот: о следователях, немцах и коллаборантах. Об эсэсовцах Ренатусе и Шредере, а главное – о «наших» Орлове, Черенкове и Стаценко и других, о Громове, Кулешове и Почепцове (заодно и выяснится, кто был этот последний – предатель или внедренный сыщик).
Они будут описаны во всей полноте своего существования, с женами и детьми, с заботами о работе и заработке. Со стариками-родителями, с обедом и сном, и даже с любовью, и конечно, с размышлениями о завтрашнем дне, о собственной судьбе и судьбе России.
О том, как начальство ставило задачу, а они ее выполняли. И не всякий раз с натугой и неохотой. Поскольку жизнь в городе только-только стала налаживаться, а тут на тебе – какие-то диверсанты!
А кто-то из читателей и критиков понимающе вздохнет: «Что поделать, у этих людей своя правда…» Повторяю: я этому не удивлюсь. Увы.