«У каждого своя правда». Но самая страшная, безжалостная, непреклонная и стальная – это так называемая «правда маленького человека». Того человека, которому не до высоких идей и дальних целей. Ему надо кормить семью. Для этого ему надо жить и ходить на работу.
Ради этого топятся котельные и ходят поезда. Маленький человек вовсе не собирается «спасать город и горожан», которые погибнут, если потухнут котельные и остановятся поезда. Он просто ходит на работу, потому что дети маленькие, жена беременна, старуха-мать болеет.
Но ради этого же совершается масса предательств и даже убийств. Не потому, что маленькому человеку надо кого-то предать или убить. Ему просто надо жить и работать, потому что дети маленькие, и т. д.
Поэтому спорить с ним невозможно, да и не надо. Нельзя заставлять его рисковать своими детьми, своей женой, теплом своего гнезда.
Но в этой чисто человеческой, жертвенной теплоте к своим близким есть что-то мохнатое, клыкастое.
2020
2020
7 января 2020
7 января 2020
В силлаботонике, да еще в рифмованной, можно обойтись без сюжета и без ясного (глубокого, оригинального и т. п.) смысла. То есть как бы даже без содержания. Форма – особенно красивая, отточенная, изощренная – сама становится содержанием, как в архитектуре или в музыке. Прямо по Гегелю («Малая логика», § 133).
А вот в верлибре без свежих интересных мыслей, без новых чувств или незаурядного сюжета (а не просто «я один, мне тоскливо, снег-метель, по улице едет трамвай») – не получается. Архитектура без конструкции и функции, то есть дрова.
Говорят: «А как же на Западе? Там давно сплошной верлибр!» Во-первых, не так уж давно – менее ста лет. Но главное – нам Запад не пример. У них там конституции с XVIII века. А университеты вообще – с XII по середину XV шестьдесят штучек университетов работало на вашем гребаном Западе, а нам еще 200 лет было ждать Ломоносова.
Возможно, институциональная прочность жизни на Западе допускает и даже стимулирует некую развинченность поэтической речи.
Это лишь мимолетная мысль. Однако мне она интересна.
17 января 2020
17 января 2020
Часто повторяют: «Воспитанный человек – это не тот, который не прольет соус на скатерть, а тот, который не заметит, если это сделает кто-нибудь другой». При этом ссылаются на Чехова. Дескать, Чехов так писал и думал.
Да, эта фраза – из рассказа Чехова «Дом с мезонином». Но это говорит не рассказчик и уж точно не автор, а совсем другой человек (сосед Белокуров), по всем описаниям полный дурак и разиня. Глупый и никчемный человек изрекает какие-то пошлости, а мы их повторяем, освящая именем Чехова?