Но вернемся.

Чудесное, повторяю в третий раз, эссе о Бальмонте. Почитайте, не пожалеете.

Но вдруг! Но вдруг! Нет, не как гром среди ясного неба, а как подломившаяся ножка стула, на котором сидит виолончелист в сольном концерте…

Вдруг – хрясь:

«Помню вечер на парижской квартире Марины Цветаевой. Мы сидели вдвоем, в сумерки, и говорили о поэзии. Была сырая осень, в квартире еще не топили, Цветаева зябко куталась в оренбургский платок».

Зябко куталась!

Зябко куталась в платок!!

Зябко куталась в оренбургский платок!!!

Как говорил их общий современник: «Испортил песню, дурак…»

29 августа 2020

29 августа 2020

Другая жизнь в кавычках и без. Недавно я прочел изумительно бессмысленный текст о повести Юрия Трифонова «Другая жизнь» (1975). Через 45 лет после публикации – в наше время интеллектуальной свободы – повторяются все штампы наихудшей, самой замшелой и злобной советской критики. Дескать, в повести сплошной затхлый быт, героиня дура, герой неудачник, все только и делают, что выясняют отношения, ревнуют, злобствуют, никакой интеллигентности, никакого «осмысления проблем», и, главное, нужны подробные комментарии, потому что неясно, что означает то или иное слово, учреждение или намек.

Вот ведь горе!

Одно утешает: возможность писать всякую хрень – это тоже побочный внешний эффект интеллектуальной свободы.

Но отвечать на хрень – надо. Чтобы хрень не слишком цвела и ветвилась, чтоб не разрасталась самосевом.

Перенесу сюда свою прошлогоднюю (2 февраля 2019) запись о той же самой повести:

«Недавно мне надо было найти цитату в повести Юрия Трифонова “Другая жизнь”. Нашел, и перелистал, и почитал немного, и изумился. Я уже давно не видел такой плотности письма, плотности именно в плане содержания. И не только философского, но и реального, так сказать.

Бесконечная череда имен и фактов. Героиня-рассказчица со своей судьбой и работой, ее отчим-художник, их дом и проблемы. Герой – историк, его семья, его мать, ригористка-коммунистка. Встреча двух семей (семья художника и ригористки-коммунистки). Институт, коллеги, их жены и родственники, трагедии, карьерные падения и взлеты, нищета и богатство, предательства и помощь, и у каждого персонажа есть имя и биография, которая вплетается в истории остальных. Далее – то, чем занимается герой как историк, то есть заходы в XIX век, в революцию и царскую охранку. Плюс к тому воспоминания о молодости героя и героини, их встречи, связи, молодежные компании. Плюс какие-то сбоку выскакивающие люди, какие-то мистики и психологи, шпанистые племянники пригородных стариков, у которых хранятся письма из XIX века…