Но характеристическую черту тюркских поэм и песен составляет число 40. Правда, иногда оно смешивается с числом 30, подобно тому как 7 с 9 (или менее употребительные 60 с 70); но перевес остаётся всего чаще на стороне числа 40, так что невольно представляется мысль, что число это по каким-то племенным особенностям исключительно соответствует представлениям тюркских племён и потому сделалось у них любимым. Гаммер говорит, что числа 4 и 40 — священны у тюркских племён. Находим: 40 углов у подземного, адского дома, 40 лет своей юности лежит под камнем богатырь, есть 40 волшебных женщин-лебедей, 40 зубов у ведьмы-старухи, 40 стран неба и земли, 40 богатырей, 40 коней, 40 колёс у повозки, в 40 сажен копьё, в 40 сажен верёвка, в 40 сажен яма, 40 прыжков у коня, 40 струн у арфы, 40 рогов у быка-чудовища, 40 вёдер, 40 лет, 40 дней, 40 человек дружины, 40 ран, 40 коней, 40 верблюдов, 40 коров, 40 овец 40 мехов кумыса, 40 глотков, 40 рабов, 40 товарищей, 40 подруг, 40 дней поста, 40 кож и 40 игол, втыкаемых в шамана, 40 дней пира свадьбы, 40 странников, 40 волшебников, 40 разбойников. Ещё более, ещё чаще, чем у всех остальных тюркских племён, упоминается число 40 у киргизов, и даже самое имя этого народа "кыргыз" значит — сорок. В наших былинах число 40 также играет наиважнейшую роль: тут столько же часто находим число 40, как в поэмах и песнях монгольских и тюркских племён. Так, мы видим в былинах: 40 разбойников, 40 царей — 40 царевичей, 40 королей — 40 королевичей, нападающих на Киев, и у каждого из них собрано силы по 40 тысяч, 40 тысяч войска и у князя Владимира, в 40 пуд палица паленицы, в 40 же пуд: латы-кольчуга Ермака, племянника Ильи Муромцева, кафтан, меч, ось, клюка, подворотня, шлем, 40 сажен шириной Дон-река, 40 тысяч казны, 40 тысяч воров-разбойников и т. д. Примечательно, что в большинстве случаев число сорок служит в былине для обозначения всякой силы и всякого множества вражеских, между тем как число 30, в большинстве случаев, служит для обозначения силы и множества туземных, русских. Это различие кажется нам чертою историческою, когда принять в соображение особое значение числа 40 у тюркских народов.

Но, что и ещё для нас важнее, это число 41, которое мы встречаем в поэмах и песнях у этого же самого киргизского народа. Здесь упоминаются: 41 конь, назначенный в калым, 41 женщина, 41 косичка у красавицы Баяны, 41 человек в караване, 41 странствующий в Мекку мулла. Это число столько характеристично, что составляет этнографическую особенность, ярко выдающуюся из числа других. Но этого числа мы нигде более не находим, кроме киргизских поэм и песен, да ещё у нас: вспомним "сорок королей с королевичем", "сорок тысячей и со тысячей войска" вражьего, "сорок калик со каликой". Наших калик, странствующих ко святым местам, тут 40; 41-й — их атаман или вождь; точно так же в поэме "Козы-Курпеш" караван состоит из 40 человек; 41-й — предводитель каравана. В той же поэме странствующих в Мекку пилигримов — 40; 41-й — их глава.