К трем часам нервы у нее сдали. Начальница удалилась в кабинет и сквозь жалюзи смотрела на лабораторию. Кружка свежесваренного кофе исходила паром на ее столе. Откинувшись в кресле, Роуз таращилась на нее и, наверное, в десятитысячный раз читала слова, выведенные вычурным шрифтом на керамике травянисто-зеленого цвета:
Азра напечатала эту банальную фразу на четырех кружках и одним весенним вечером десять лет назад подарила их квартету. Они сидели на террасе бара в центре города, и тут Азра достала четыре небольшие коробочки, обернутые гофрированной бумагой и перевязанные белыми лентами.
– Я знаю, что это довольно сентиментально, но у меня есть подарок для всех нас.
– Как мило! – Саманта потянулась к ней и обняла.
– Спасибо, Азра, – сказала Лорен с торжественным видом.
– А по какому случаю? – спросила Роуз.
Азра застенчиво улыбнулась:
– Ну… не знаю, в курсе ли вы, но сегодня первая годовщина нашей дружбы.
– Правда, что ли? – удивилась Сэм.
– Двадцать второе апреля. Год назад мы впервые собрались выпить кофе с бубликами и поболтать вместе с малышней.
– На Березовой, 20! – Саманта с довольным видом хлопнула ладонью по столу. – Точно. Мы сидели на лоджии.
– Почему-то эта дата засела у меня в голове, и я захотела ее отметить чем-нибудь особенным. Так что я заказала вот это. – Азра кивнула на коробки.
Подруги раскрыли их и внутри нашли кружки, для каждой – своего цвета. Для Саманты – цвета бургундского вина, для Лорен – лазоревая, как перья голубокрылого чирка, травянисто-зеленая для Роуз. Для себя Азра заказала горчичную. Женщины подобающим образом поворковали, прочитали надпись вслух: «
– Это чьи слова? – спросила Роуз у Азры.
– Нашла на сайте готовых цитат. Древнекитайская пословица.
– Эй, дареному коню в зубы не смотрят, – пошутила Саманта, и все рассмеялись, расслабленные, счастливые, близкие.
– Нет, девочки, я серьезно, – Азра оглядела подруг. – Вы знаете, что я одна в семье, и вы не представляете, как много наша компания значит для меня.