После победы русских в 1878 г. османы натерпелись страданий, а ресурсы их были на исходе. Многие в России осознавали, что Костантинийя слишком символична, слишком многогранна и слишком необорима, чтобы одолеть ее. Однако кое-кто, например Достоевский, предавался мечтам о мировой власти России и завоевании Царьграда{909}. Утрата балканских земель означала, что Стамбул заполонили многие тысячи мусульманских беженцев, отныне нежеланных на родине. Что-то должно было измениться. И реформы пришли не из Стамбула, а из Салоников (Фессалоников), северного соседа Стамбула, веками переживавшего с ним осады, пожары, революции и смены режима.

Несколько конституционалистов-западников объединились с группой решительных, недовольных военных офицеров, расквартированных в Салониках, и образовали партию унионистов (Общество единения и прогресса). В народе их называли младотурками, и их название было англицизмом, отражающим само понятие вестернизации. Османы стали называть этих конституционалистов Jön Türkler, или Jeunes Turcs по-французски, породив всем известное наименование «младотурки». Султана Абдул-Хамида II вынудили принять конституционную монархию. И улицы Стамбула вновь наполнились музыкой и цветами. Длинным, жарким летом 1908 г. у дворца Йылдыз собралась шестидесятитысячная толпа, выкрикивавшая: «Свобода! Равенство! Братство! Справедливость!» На улицах города люди ликовали, истолковав этот крошечный шажок к реформам как значительное продвижение вперед. Дети швырялись камнями по машинам, на углах улиц появились нелегальные торговцы.

В 1909 г. произошел государственный переворот, учредили «Общество Мухаммеда», появились призывы вернуться к четырем столпам империи, которыми являлись ислам, династия Османа, священное покровительство Мекки и Медины и обладание Костантинийей. Однако решительно настроенные младотурки отправили на улицы Стамбула войска нового правительства и подавили контрреволюцию.

Султана свергли, посадив вместо него Мехмеда V, тезку героя, в 1453 г. завоевавшего Костантинийю. Многих придворных Абдул-Хамида, как и тех, кому не посчастливилось стать врагами государства, повесили на Галатском мосту. Были построены верфи, пивоварни и цементные заводы. Были учреждены «Турецкие очаги», организация, которую можно, пожалуй, сравнить с Институтом Гёте или Институтом Конфуция, – ее целью стало возрождение турецкого языка и восстановление репутации империи.

Тут в игру потихоньку вступили западные интересы с целью обернуть ситуацию в свою пользу. В сумятице Германия (в 1871 г. объединившаяся стараниями Отто фон Бисмарка благодаря ослаблению Австрии, потерявшей поддержку России после того, как отказалась помочь России во время Крымской войны){910} неспешно добралась до исламских территорий. Немецкие банки открылись в Египте и Судане. И хотя османы объявили о своем намерении не участвовать в европейской войне, их участь уже была предопределена в военных штабах европейцев и славян.