— Здравствуйте, Иосиф.

— Я Вас слушаю.

— Мне Ваш телефон дал Реувен.

— Очень приятно. Я с ним знаком уже много лет. Благодаря его рекомендациям я начал зарабатывать трудовую копейку. Благороднейший человек.

— Мне нужна Ваша помощь. Не согласились бы принять мой заказ? Пианино «Беларусь».

— Неплохой инструмент, между прочим. Вы меня заинтриговали. Где вы живёте?

— В Гило.

— А я в Рамоте. Я готов прийти хоть сегодня.

— В четыре часа Вас устроит?

— Да. Я сейчас запишу адрес. Секундочку, я возьму ручку.

Илюша продиктовал ему название улицы, номер дома и квартиры и простился. Было около часу дня. Он прикинул, что успеет ещё забежать в банк и получить распечатку счёта. Но разыгрался аппетит. Он пересёк улицу, свернул направо и по мощёному серыми плитками переулку, застроенному ещё в конце прошлого века, пошёл наугад, с любопытством рассматривая кафе и ресторанчики, чередовавшиеся по левую руку от него. Наконец он решился и зашёл в последний из них. Он назывался необычно, «Море дельфинов». Посетителей было немного, и он сразу же сел за небольшой квадратный стол у стены. Девушка в хорошо сидящем на ней брючном костюмчике подошла и, улыбнувшись, положила перед ним брошюру в кожаном переплёте. Он открыл меню и сразу обратил внимание на весьма высокие цены. Это не смутило его. За последний год калейдоскоп многочисленных европейских и американских ресторанов привил ему вкус к добротной пище и убеждение, что профессиональный успех и мировая известность сделала её доступной ему. Он заказал креветки, мидии и амнон, так называлась рыба Святого Петра, которую тот, согласно Новому Завету, ловил в Галилейском море. На столе появилась деревянная доска с ещё тёплым испечённым только что хлебом и множество салатов в белых керамических блюдцах. Через некоторое время принесли амнон и морепродукты. Он с аппетитом поел, поблагодарил и попросил счёт. Расплатившись, вышел из ресторана и направился к банку Апоалим, который находился недалеко, в большом здании, возвышавшемся над площадью Сион.

Когда Елизавета Осиповна вернулась домой, настройщик завершил свою работу, а Илюша наигрывал, пробегая руками по клавиатуре. Она не узнала свой инструмент — звуки были удивительно чисты и совершенны.

— Какая прелесть! Вот что значит абсолютный слух.

— Иосиф, — представился незнакомец.

Это был пожилой худощавый мужчина. Рукава клетчатой фланелевой рубашки закатаны выше локтя, синие шерстяные брюки немного помяты. Контрастом тому добротная кожаная обувь, часто отличающая истинно интеллигентного человека.

— Лиза, — ответила она. — Мы в стране почти год, но так и не собрались после разгрузки багажа настроить пианино.