— Врач прослушал его, направил на рентген и сказал, что пневмония. Малыши очень уязвимы для инфекций. Бенничка плакал, когда у него брали кровь. Без анализа невозможно определить, какой нужен антибиотик.

— Его госпитализируют?

— Конечно. Пневмонию лечат только в госпитале.

— Я ещё вчера обратил внимание, что ребёнок покашливает.

— Где-то мы его переохладили. Может быть, Симона. Она очень переживает.

Ребёнок тяжело дышал и сотрясался от кашля. Подошла медсестра и попросила Саньку взять на руки сына. Бенни закричал, когда она проколола ему вену, поставила капельницу и сочувственно вздохнула.

— Бедное дитя.

— Анализ уже готов? — спросила встревоженная Вика.

— Да. Его сейчас переведут в детское пульмонологическое отделение.

Подошёл негр в голубом больничном халате и, толкая кровать перед собой, двинулся по коридору. Санька и Вика последовали за ним. Огромный лифт поднял их на третий этаж. В отделении уже ждали и кровать сразу же вкатили в просторную палату. Высокий худощавый врач полистал бумаги и поднял на них глаза.

— Состояние мальчика тяжёлое, у него двухстороннее воспаление лёгких. Пневмония у детей всегда протекает трудно. Возможно, будем вводить иммуноглобулин.

— Доктор Винер, скажите, ребёнку что-нибудь нужно?

— Больница всем обеспечивает. Нужно набраться терпения.

— Можно остаться с ним на ночь? — спросила Вика.

— Конечно, если вы хотите. Мы не возражаем, даже считаем, что это правильно.

Доктор вышел из палаты, оставив их в душевном волнении возле постели, на которой, тяжело дыша, лежал Бенни.

— Ты иди, Саня. Я справлюсь одна. На работе уже всё знают, и шеф дал мне три дня отпуска.

— Хорошо, я возьму у них телефон и буду названивать. Тебе что-нибудь привезти поесть сегодня?

— Ничего не нужно. У меня от нервного напряжения аппетит совсем пропал. Я выпью чай с крекерами. А завтра утром поем в столовой или буфете.

— Ты не переживай, Вика. Вылечат нашего сына.