— Хелло, госпожа Смит. Я договаривался с вашим мужем.

— Его срочно вызвали на работу. Но я полностью в курсе дела. Можете на меня положиться. Пойдёмте, я покажу вам дом.

— Что вас побудило продавать его? — спросил Майкл после короткой прогулки.

— Дети уехали от нас год назад, они перебрались в Вирджинию. Там они очень хорошо зарабатывают. А мужа через месяц проводят на пенсию, — вздохнула она. — Мы очень скучаем по внукам. Сын присмотрел нам домик недалеко от них.

— Скажите, госпожа Смит, вы готовы снизить цену процентов на пять? — спросил Санька.

— Я поговорю с мужем. Позвоните нам сегодня вечером.

— Если да, завтра мы дадим наш ответ.

Им оставалось посмотреть ещё дома в Чатеме, городке Мэдисон, расположенном в десяти километрах к северо-западу, и в Нью-Провиденс. Продавцы не подвели, и им удалось увидеть все варианты за одну поездку.

Майкл посоветовал купить дом в Саммите.

— Надо думать о будущем, Алекс. У тебя двое детей. Они пойдут в детский сад, потом в школу. А в городе не нужно везти детей далеко, всё рядом, а школьный автобус привезёт их домой. Есть и много других преимуществ. Дом относительно новый, Саммит ближе к Нью-Арку и Манхеттену, у него удобный выезд на скоростное шоссе.

— Надеюсь, Смиты пойдут навстречу.

— Будем на связи, Алекс.

Санька высадил его возле конторы и продолжил путь. Ему было очень важно проверить, сколько времени потребуется ему, чтобы добраться до «Южной башни». Он был доволен результатом и остался немного поработать. Но случай с Вольфом не выходил из головы и он набрал номер Семёна. Тот ещё был у себя в институте.

— Дорогой мой, ты ещё плохо знаешь Америку, — сказал он, выслушав рассказ Саньки. — Здесь, конечно, нет государственного антисемитизма. Спасибо отцам-основателям. Но бытовой антисемитизм никуда не делся.

— Этот немец, что он имел в виду?

— В нашей стране полно всякого народа из многих стран мира. Ты, возможно, будешь в шоке, но немцев из Германии и Эльзаса больше, чем англосаксов. И когда Гитлер пришёл к власти, многие его поддержали, и возникли десятки антисемитских организаций: «Друзья новой Германии», «Серебряные рубашки», «Защитники христианской веры», «Рыцари белой камелии» и другие. Их защищала первая поправка к Конституции. Евреи были напуганы. Против нацистов выступили только еврейские гангстеры. Их не связывали правила приличия и условности закона.

— Они сами на это пошли?

— Нет, к Мееру Лански обратился Натан Перлман, судья и бывший член конгресса от республиканской партии. Он оказался единственным из руководителей общины, который призвал к решительному отпору. Перлман обещал дать деньги и предоставить юридическую помощь. Он попросил мобилизовать парней, но с одним условием — никого не убивать.