— Но я, Валентина, представлял это совершенно иначе.

— Ну, что ж, тогда извините нас. Но если вы думаете, что наша дочь собирается избавиться от ребёнка, то вы глубоко заблуждаетесь. Она всё равно родит его и произойдёт это в Америке.

Наум Маркович поднялся, вслед за ним поднялась Инна Сергеевна, и они вышли из гостиной. В коридоре их догнала Валентина Фёдоровна.

— Поверьте, это ещё ничего не значит. Кирилл упрямый аппаратчик, ему трудно сразу решиться на то, что нарушает миропорядок, к которому он привык. Я поговорю с ним. Я ведь тоже ничего не знала о ребёнке.

Минуло несколько дней. Почти каждый вечер после занятий в институте приезжал Коля, и Эллочка уединялась с ним в своей комнате. Наконец, Софья почувствовала неладное, и Науму пришлось ей всё рассказать. Старушка поохала и умолкла в раздумьях, а вечером после ужина, сказала:

— Он — наш еврейский бог. Он не оставит нашу девочку несчастной.

— Соня, а где он был, когда фашисты убивали и сжигали в печах наш народ, шесть миллионов?

— Наум, я не знаю, что там у Него случилось. Но я верю, моей внучке Он поможет.

— Наверно, мы допустили ошибку, что не подали на выезд, когда это сделал Санька, — вздохнул Наум Маркович. — Тогда бы этого не произошло.

На следующий день раздался телефонный звонок. Инна Сергеевна подняла трубку.

— Здравствуйте. Это Валентина Фёдоровна. Я хотела бы к вам зайти и кое-что обсудить.

— Милости просим. Когда Вам удобно?

— Сегодня вечером, если не возражаете, часов в семь.

— Будем ждать Вас.

Она не без удивления взглянула на Софью, слышавшую разговор и ожидавшую объяснений невестки.

— Кажется, Всевышний нам действительно помогает, Соня. Мама Николая придёт вечером. Испеки что-нибудь.

— Конечно, Инночка. То-то у меня с утра руки чешутся. Я давно не готовила яблочный штрудель.

Ровно в семь в дверь позвонили. На пороге стояла Валентина Фёдоровна. Она напряжённо улыбалась, пытаясь за улыбкой спрятать нелёгкую душевную борьбу.

— Входите, пожалуйста, Валентина Фёдоровна.

Она прошла через узкий коридор в гостиную, осматривая небогатую квартиру Абрамовых. Подойдя к столу, на котором уже был поставлен чайный сервиз и приятно пахнущая яблоком и ванилью выпечка, присела на стул.