А тут вдруг встретились на улице, потом зашли к Лие Сергеевне чайку попить. В разговоре хозяйка сообщила, что у нее недавно гараж попытались вскрыть.

— В милицию, сами понимаете, жаловаться бесполезно. Но нашелся человек, помог. Кто такой? Клиент мой, естественно.

— Богатый?

— Не то слово. Кожа — как ковер, вся грудь, руки, живот — в татуировках. Причем таких, что осматривать его было стыдно. На зоне художники без моральных предрассудков. По наколкам они своих видят. Мой больной этими рисунками очень гордился. Думаю, что в уголовном мире он — генерал.

Лидия Кондратьевна очень оживилась.

— Представьте меня ему, — страстно начала она, не замечая, что изъясняется в традициях девятнадцатого века. — У меня к нему дело. На него можно положиться? Порядочный человек?

— Вполне, — на полном серьезе ответила Лия Сергеевна, и рассмеялись обе. — Я хочу сказать, что если он пообещает, то сделает. Это уж точно. И болтать не будет.

— Понятно, слепок с итальянского мафиози. Крестный отец.

— Услуга, конечно, платная. Но беда в том, что обычно он берет не деньгами.

— Вряд ли он покусится на мою честь, — залихватски расхохоталась Лидия Кондратьевна, но Лия Сергеевна не поддержала ее веселья.

— Еще неизвестно, что понимать под словом — честь, — заметила она философически. — Но это все так, гарнир. Я думаю, вы договоритесь.

Видимо, они договорились. Я хорошо представляю, как Лидия сидела перед этим разукрашенным наколками богатырем, руки ее, ладонями вверх, лежали на коленях, прося подаяния. А авторитет, я не знаю даже, был ли он молодым или старым, красавцем или уродом, но скорее всего, неприметным человеком толпы, слушал ее не перебивая и, наверное, жалел. Убогая картина…

Где они встретились, как договорились о встрече, дала ли врачица Лидии телефон или сама выступила в качестве провожатого- все это совершеннейшие потемки. Через неделю после тайной встречи поступили первые сведения.

— Знаешь, где сейчас твой Александров? — спросила Лидия, гордая своей осведомленностью.

— Какого еще Александрова? — Фридману не хотелось возвращаться на грешный мир из воздушной Киргизии, а может быть с Северного Урала или с Енисея.

— Альберта Александрова, дружка твоего. Ну, который тебя подставил? Вспомнил? Так он за бугром, то ли на Канарах, то ли на Филлипинах. Островной житель. Большие деньги, говорят, вывез. Такие деньги на куриных ногах никак заработать невозможно.

— Тоже мне — новость. Был бы он здесь, пошел бы и морду ему набил. Или убил бы к чертовой матери.

— Это новость означает, что мы на верном пути. Подожди немного. Всех бандитов найдем, до единого.