Еще через один-два сезона, то есть к 1988–1989 годам, «срыв поставок» или «недопоставка в ОСФ» стали массовым явлением, прямо влияющим на экономику и общественно-политическую ситуацию в масштабах страны[1226].

Уже в мае 1986 года, вскоре после создания Госагропрома, участники совещаний в Госплане СССР фиксировали, что его деятельность пошла вразрез со всеми прежними установками и декларациями. Прибавка в закупочных ценах привела к росту зарплат в отрасли, но сказалась в худшую сторону на других финансовых показателях. Число убыточных колхозов к октябрю 1986 года увеличилось в два раза по сравнению с 1983 годом, а совхозов — в полтора[1227]. К октябрю 1988 года убыточные хозяйства, в которых фонд оплаты труда в 1,8 раза превышал валовый доход, контролировали 21 % сельхозугодий и 18 % пашни[1228]. Сам Госагропром затеял немедленное строительство массы новых предприятий и закупку оборудования для них (на 900 млн рублей), хотя они не то что не были включены в план, но даже не были оформлены документально[1229]. В июле 1987 года Президиум Совмина СССР уже рассматривал вопросы о выделении 400 млн валютных рублей на закупку оборудования для производства капустной рассады[1230]. Это ярко показывает, какой лоббистской мощностью обладал в тот момент глава АПК. В условиях тотального дефицита валюты он оказался способен добиться выделения огромной суммы на весьма и весьма специфические нужды отрасли.

В аграрном блоке Госплана СССР, который должен был определять экономическую стратегию сельского хозяйства, в конце 1986 и в 1987 году быстро шел процесс освоения рыночной идеологии. Там намечались меры по исправлению огромных перекосов цен, дотаций и выравниванию закупочных цен[1231]. С конца 1986 года под влиянием академика Владимира Тихонова даже наметился переход к проработке рыночной концепции аграрной экономики[1232]. В марте 1987 года в Госплане обсуждались и разрабатывались весьма здравые идеи об отказе определенных отраслей сельского хозяйства (прежде всего сахарной промышленности) от дотаций в обмен на отказ от изъятия почти всей получаемой прибыли в бюджет[1233]. Однако к тому моменту этот орган уже фактически ничего не решал. Власть в аграрной сфере принадлежала Госагропрому, Политбюро и Совмину, напрямую выделяющим аграриям ресурсы на срочные нужды. Характерна была фраза, прозвучавшая на партсобрании Госплана 21 сентября 1987 года:

Дело дошло до того, что в сводном отделе АПК (Госплана) нет работников, занимающихся прибылью[1234].

Дело дошло до того, что в сводном отделе АПК (Госплана) нет работников, занимающихся прибылью[1234].