При этом «меры, предпринятые военными с началом мятежа, и их последствия» сторонниками ведущей роли армии в решении «Хайлендской проблемы» связывались в первую очередь с успешной интеллектуальной колонизацией Горной Страны («относительно края, гения его обитателей, их связей»), и в результате «Его Величество может узнать эту страну гораздо лучше, чем сами ее обитатели»[849]. Необходимо особо отметить при этом, что прежде этот аргумент был характерен скорее для реформаторских проектов гражданских чинов[850].

Эти последние, в свою очередь, указывали на «многочисленные спекуляции по поводу цивилизации Горной Шотландии с 1745 г.», связанные как с ролью армии, так и с перспективами конфискованных имений в реформировании Горной Страны[851]. В первом случае говорилось о том, что «джентльмены меча размахивают идеями, порожденными их профессией, не дыша ничем, кроме гарнизонов, фортов, казарм и войск», хотя «этот план не только бесполезен [„пример 45’“], но и опасен; он, кроме того, предполагает, что жители Хайленда навечно остаются врагами для остальной части общества»[852].

Во втором случае опасения были вызваны чрезмерным ростом влияния Короны (если количество избирателей снизится в результате перехода конфискованных имений в разряд коронных земель, а количество мест в парламенте останется прежним), с необоснованной дороговизной капиталовложений в конфискованные имения, с «частным интересом» управляющих, с невозможностью «цивилизации» отдельных районов Горного Края, так как пребывающие в «варварстве» соседи будут тормозить этот процесс[853].

Выход виделся, во-первых, в превращении определенной части горцев в «богатых, самодостаточных и, следовательно, независимых йоменов» как от вождей, так и от управляющих; во-вторых, «в переселении всех бедных праздных жителей гэльской окраины в поселения, где они будут привлечены к полезному труду, безопасно управляемы, а их поведение будет под надзором практически каждый день»; в-третьих, в учреждении законов и войска, «пригодных для природы этого края» (можно предположить, что речь шла не о регулярной армии, а об отдельных ротах из горцев), при этом войску надлежит обеспечивать применение этих законов[854].

Если взглянуть на эту ситуацию шире, то, по сути, эти противоречия по поводу того или иного варианта решения «Хайлендской проблемы» отражали еще один, более глубокий и менее однозначный конфликт новоявленных администраторов гэльской окраины — нарождавшийся спор о необходимых и допустимых границах вмешательства Короны и правительства в вопросы социально-экономического и политического развития мятежной гэльской окраины Соединенного Королевства в рамках фискально-военного государства раннего Нового времени.