– По профессии она паразитка, – усмехнулась Наина Генриховна. – То ли дизайнер лака для ногтей, то ли архитектор пудры для тортов. Разбила сердце нашего Демидина и смылась к любовнику.

Литвинов усмехнулся было, но сразу осёкся.

– Я понял! – воскликнул он, бледнея. – Они приезжают из-за Многожёна! Он, вероятно, уже мутировал, и его присылают на повышение. На мою должность… или даже на вашу…

Наина Генриховна поморщилась.

– Возможно, – согласилась она, – Многожён будет среди прибывающих.

Процессию, доставившую Многожёна Шавкатовича в гарнизон, возглавлял лично Димитрий Димитриевич.

Димитрий Димитриевич ехал впереди всех на странном чешуйчатом ослике, благосклонно раскланиваясь по сторонам. Позади него четвёрка полуголых демонов тянула за верёвки Многожёна Шавкатовича.

Торсы демонов были выкрашены лиловой краской с блёстками. Мало того, их ещё заставили надеть расшитые ромашками и гладиолусами шёлковые шаровары, а поверх шаровар нацепить гнутые янычарские мечи. Рожи у демонов были злющими – весь этот маскарад они воспринимали как страшное унижение, но деваться им было некуда – некая могучая сила давила ни них, заставляя вести себя смирно, не выкобениваясь.

Обёрнутый в яркие шелка Многожён Шавкатович парил позади процессии, как надувной кит. Он самодовольно щурился, нежась от присутствия Хозяина и всеобщего внимания.

Обалдевший от невиданного зрелища личный состав выстроили на плацу. Солдаты и офицеры смотрели на посетителей с изумлением и страхом, а Литвинов тянулся перед ними в струну, словно лейб-гвардеец перед царским кортежем.

Димитрий Димитриевич делал смелые попытки погарцевать на своём животном и так натягивал узду, что чешуйчатая тварь задирала морду и хрипела, демонстрируя крокодильи зубы и длинный, свёрнутый рулетом язык.

– Солдатушки! – вопил Димитрий Димитриевич. – Чудо-богатыри! Кто такой Многожён Шавкатович? Вышел он из казарменной гущи. Хлебал с вами из одной миски. Тянул вместе со всеми солдатскую лямку. Был замечен начальством и получил ответственное задание. Перед выполнением этого задания наш герой, наш храбрец, наш богатырь поживёт пока у вас.

– Я похож на Александра Суворова? – спросил он Наину Генриховну. – Твои солдатики меня понимают? Я для них не слишком сложно выражаюсь?

Она хотела что-то ответить, но Димитрий Димитриевич задрал голову к покачивающемуся над землёй Многожёну:

– Чувствуешь, как они нас боятся, Многожёнчик? – радостно спросил он.

– Чувствую, Хозяин, – отвечал Многожён.

– Питаться их страхом сумеешь?

– Не знаю, – неуверенно сказал Многожён Шавкатович. – А можно мне мяса?