— Когда женщина умирает одна в воде, некому подержать ее за руку, некому погладить по лбу, — начала шаманка. Ким. — Кожа ее холодеет, и некому согреть утопленницу. Ее не утешают друзья и семья. Но нам известно: когда мертвые беспокоятся о живых, это значит, что они высвободились из сети своих печалей. Посмотрим, что нам скажет Ван Сон. — Ким была известна способностью улещивать духов и договариваться с ними. Сейчас она обратилась напрямую к погибшей: — Если ты почему-нибудь была несчастна, расскажи нам, чтобы мы смогли тебе помочь.

Помощницы шаманки забили в самодельные литавры и барабаны, по пещере поплыл запах приношений. Ким в ярком ханбоке кружилась вокруг своей оси, самодельные кисточки летали по воздуху. Вдруг она и ее помощницы замерли на месте. Воцарилась тягостная тишина, напоминающая краткий перерыв между двумя приступами икоты. Оказалось, в пещеру вошла Ми Чжа и встала, прислонившись спиной к неровной стене. Она была скромно одета, а в руках держала приношения. Моя бывшая подруга знала Ван Сон с младенчества, но от ее присутствия всем стало не по себе.

Снова загремели литавры и колокольчики, шаманка принялась еще яростнее рубить ножами воздух. Потом ее движения стали медленнее, она остановилась и вошла в транс. Когда она опять заговорила, голос словно пробивался из глубины. К нам пришла Ван Сон.

— Мне так холодно, — сказала она. — Я скучаю по родителям. И по дяде с тетей. Я скучаю по хэнё в нашем бультоке. Скучаю по подруге. — Шаманка переключилась на свой обычный голос: — Расскажи нам о своем горе, Ван Сон.

Но в те дни даже духам приходилось следить за словами, и Ван Сон больше ничего не стала говорить. Все очень расстроились, а потом случилось нечто еще более тревожное. Ким закружилась в моем направлении и остановилась прямо передо мной.

— Я чуть не погибла в море, — произнесла она уже другим голосом, снова впав в транс. — Я была слишком жадной.

Ю Ри! Я столько раз просила шаманку поискать духов невестки, мужа и сына, но каждый раз ответом мне была только тишина.

— Я много лет страдала, — сказала Ю Ри устами шаманки. — А потом настал мой последний день. О-о-о!

В этом стоне чувствовалась такая мука, что мороз шел по коже. До Сэн заплакала о своей дочери.

Потом заговорил тихий слабый голосок:

— Я скучаю по маме. Скучаю по братику и сестричкам.

У меня подогнулись ноги. Сун Су!

Мин Ли опустилась на камни рядом со мной и обняла за плечи. Остальные тоже упали на колени и прижались лбами к полу пещеры. Мы пришли сюда ради Ван Сон, но в итоге духи явились ко мне.