В это самое время татары возвращались из Угрии и на обратном пути в степи вновь опустошили некоторые галицкие и волынские места; что прекратило на время борьбу Даниила и Василька с Ростиславом (1243). Последний опять удалился к угорскому королю Беле IV.

После татарского погрома король несколько изменил свою политику. Прежде он надменно отказывал Ростиславу в руке своей дочери, теперь же старался обезопасить себя с востока от нового нашествия татар союзом с русскими и польскими князьями. Одну свою дочь, Кунигунду, он выдал за князя судомирского Болеслава Стыдливого, а другую, Анну, за Ростислава Михайловича; причем решил помочь последнему в его борьбе с Даниилом Романовичем за галицкое княжение. К этому союзу присоединился и Болеслав Стыдливый, ибо он враждовал со своим дядей Конрадом Мазовецким за старший краковский стол; а Даниил и Василько помогали союзнику Конраду и не раз приходили воевать владения Болеслава.

Решительное столкновение двух сторон произошло в 1245 году под городом Ярославлем, на берегах реки Сана. Столкновение это любопытно для нас по своим подробностям, на которые не поскупился волынский летописец.

Имея вокруг себя галицких дружинников и получив сильные полки от короля Белы и Болеслава Стыдливого, Ростислав подступил к Ярославлю; но город был крепок, хорошо снабжен самострелами и камнеметными орудиями, или пороками; в нем начальствовали бояре, верные Даниилу и Васильку. Убедясь в необходимости начать правильную осаду, Ростислав отошел к недалеко лежавшему Перемышлю, который опять передался на его сторону. Здесь он собрал себе на помощь окрестных жителей, запасся снарядами, нужными для осады, и, воротясь к Ярославлю, занялся построением стенобитных машин. Так как осажденные беспокоили его своими пороками, то он отодвинул лагерь далее от крепости и окружил его валами и тыном. Не видя перед собой противников и вообразив, что Романовичи уклоняются от встречи в открытом поле, Ростислав начал говорить разные похвальбы, вроде того, что знай он, где найти Даниила и Василька, то поехал бы на них хотя бы с одним десятком воинов. Между прочими затеями, сокращавшими скучное время, князь устроил в виду города военные игры, или турнир, на котором состязались в искусстве владения оружием собравшиеся под его знаменами русские, польские и угорские витязи. Сам Ростислав сразился на конях с молодым польским воеводой Воржем, но неудачно: конь под ним упал, и князь вывихнул себе плечо. Случай этот сочтен недобрым знамением и произвел дурное впечатление на войско. Но благодаря ему мы узнаем из русской летописи, что военно-рыцарские забавы того времени не были чужды русским князьям и дружинникам, по крайней мере юго-западным.