Как же я останусь без покрывалки? Я под простынёй совсем не одемши.

Хирург наклонился надо мной, ласково проговорил:

— Нам не простынка, нам твоя ножка нужна.

Я обмяк, выпустил простыню.

Он кидком завернул её мне с ног на живот.

Я еле успел прикрыть листиками ладошек свой божий леденец.

— Не переживай, — улыбнулся хирург. — Всё, что природа дала тебе по реестру, останется при тебе. Гарантирую.

Как белые пиявки облепили меня девчонки в куцых халатиках. Кто держал меня за ноги, кто за голову, кто за руки.

— Вспомните, как вправляется вывих, — потребовал хирург. — Ну, кто напомнит?

Возня притихла.

Я услышал придушенный голос:

— Рина! Казбанова! Чего там за дверью торчишь? А ну плыви сюда. Иначе тебе зачёта по практике может не хватить.

И в белое колечко чьей-то руки я увидел Рину, входила в комнату.

Колечко слилось, я потерял Рину из виду.

— Так как вправляется вывих? — допытывается любознательный хирург. — Никто не знает? Молодцы!.. Ну, вот ты, Полякова Нина.

— Вывих вправляется путём…

Хирург в нетерпении:

— Пу-тём?..

Девицы угнули головы в меня.

— Безобразие!.. — шепчет одна.