Способ действия местоимения «ее» не столько грамматический, сколько психологический. Словосочетание «увез ее» заставляет языкового агента слушателя искать проному, которая репрезентирует нечто, подвергнувшееся перемещению. Это может быть звезда или луна. Но предыдущий вопрос «Что случилось со звездой?» уже подготовил слушателя к ожиданию действия, пронома Объект которого относится к звезде (точно так же наш предыдущий вопрос насчет хлопка заставил слушателя ожидать ответа именно на эту тему). Вдобавок фраза «Вор… увез ее…» соответствует этим ожиданиям, активируя трансфрейм, чьи прономы Деятель и Действие имеют присвоенные значения; следовательно, для завершенности этому фрейму требуется Объект. Тем самым слово «ее» идеально подходит для роли «звезды» в неприсвоенном значении Объекта.
Что означает «ожидание»? На любой стадии диалога обе стороны уже располагают каждая какими-то проблемами и желаниями. Они формируют контексты, в которых каждое новое слово, описание или представление, сколь бы двусмысленным оно ни было, сочетается с содержимым кратковременной памяти, поставленным ему в соответствие. Почему мы выполняем такие «присвоения значений» быстро, а не ждем, пока будут устранены все двусмысленности? Все дело в практике. Наши языковые агенты должны как можно быстрее избавиться от каждой фразы, чтобы использовать свои возможности для решения следующих задач. Если что-либо в разговоре не соответствует сказанному ранее, слушателю приходится активировать новый блок памяти. Это замедляет общение, поскольку расходуются ограниченные емкости кратковременной памяти, и затрудняет последующие сопоставления. Если слушатель не сможет выполнять нужные операции достаточно быстро, разговор «рассыплется» и коммуникация не состоится.
Люди, умеющие говорить красноречиво, избегают этой опасности, создавая новые выражения, которые легко сочетаются с активными мысленными структурами слушателя; в противном случае слушатель вправе посетовать, что не понимает собеседника. Говорящий также может перечислить темы, которые пока не затрагивались, чтобы не заставлять слушателя отчаянно стараться выявить несуществующие совпадения; мы используем слова вроде «кстати», чтобы сообщить слушателю, что ему нет необходимости сочетать следующий фрагмент речи с какой-либо из активных в настоящий момент проном. Для этого говорящий должен уметь предвидеть некоторые процессы, разворачивающиеся в сознании слушателя. В следующем разделе описывается способ проделать это с использованием ума говорящего в качестве модели – при допущении, что ум слушателя ничем не отличается.