За егерскими домиками тянулись псовые дворы и бараки. «Любо посмотреть, как живется царским собакам, – замечал один из современников в конце XIX в. – Какой уход, какая заботливость. Куда ни взглянешь, всюду они резвятся и своим радостным лаем встречают присматривающего за ними егеря.
Днем гончие находятся на большом огороженном частоколом дворе, а к вечеру, когда наступит холод, их вводят в просторные сараи, где на душистом, мягком сене и чистой соломе они проводят ночь. Более нежная порода борзых собак только в жаркое время проводит весь день на своем дворе, остальное время в длинных бараках, где для каждого пса устроены комфортабельные норы с мягкой соломенной подстилкой».
Для каждой породы собак были устроены отдельные псовые дворы, «все теплые помещения прекрасно выветрены и чисто прибраны, поэтому нет ничего удивительного, что все собаки Императорской охоты имеют такой роскошный вид». По словам того же современника, «хотя теперь и редко устраиваются псовые охоты, но собаки настолько выдрессированы, что сейчас же могут принять участие в охоте. Насколько хороша дисциплина в егерской слободе, достаточно видеть пример на собаках. Когда я с егерем вошел на псовый двор гончих, где их жило около 300, то меня порадовал тот приятный лай, с каким дружная свора „костромичей” бросилась ласкаться к своему егерю. Он поласкал их, а затем, хлопнув арапником, крикнул „Стройся!”. В один миг эта буйная, лающая ватага смолкла, насторожилась и построилась в большую, совершенно квадратную колонну. Все взоры их были устремлены на своего учителя…»
Для воспитания молодых собак при Егерской слободе в отгороженных плотным частоколом ямах держались медведи, волки и лисицы. Первые жили в слободе на пансионе, ибо их маленькими приносили сюда с императорской охоты, здесь вскармливали и воспитывали. К ним свободно входил присматривавший за ними егерь, который кормил их. Волков и лисиц для травли, которая устраивалась на поле за слободой, вылавливали из их ям и привозили в ящиках, а зайцев для травли брали в окрестных деревнях. Говорили, что волк, который хотя бы раз побывал в зубах собак, ни за что не вылезет из ящика – надо его выталкивать силой, а бежать он пустится только тогда, когда собаки подбегут к нему близко.
Неподалеку от слободы за частоколом располагался парк «Ремиз», где на свободе ходили олени, зайцы, барсуки, хорьки и другое мелкое зверье, а в особом птичнике разводили фазанов. По другую сторону был громадный зверинец, в котором держались оленьи стада. Вообще же, все крестьянские земли в окрестностях Гатчины были в те времена арендованы под императорскую охоту. В некоторых деревнях были устроены специальные «куропатники», где до охоты содержались куропатки и другая лесная дичь.