Мы не будем касаться в этой главе международных автомобильных салонов, проводившихся в Петербурге в 1907, 1910 и 1913 гг. Хотя они охватывали не только «моторы» и назывались выставками «автомобилей, двигателей, велосипедов и спорта», подробно о них рассказывается в разделе, посвященном автоспорту. Кстати, еще в 1898 г. в Петербурге состоялась международная «выставка велосипедов, моторов и прочих двигателей».
Как известно, первая публичная выставка российских мануфактурных изделий прошла в Петербурге в 1829 г. Она состоялась в специально построенном для этой цели здании на стрелке Васильевского острова – «экспозиционной залы» (сегодня ее занимает часть Зоологического музея). Впоследствии столичными экспозиционными центрами являлись Соляной городок на Фонтанке, Конногвардейский манеж на Исаакиевской площади, Михайловский манеж на Манежной площади, экзерциргауз Гвардейского штаба на Миллионной улице, Таврический дворец и другие площадки.
«Мокроступы» и валенки оценили на практике
«Мокроступы» и валенки оценили на практике
В Михайловском манеже еще с начала 80-х гг. XIX в. каждую осень проводились охотничьи выставки. О том, какая атмосфера царила на них, можно судить по пятой, юбилейной выставке, состоявшейся в сентябре 1887 г. Самый большой отдел на выставке представлял охотничьих собак. Особенно выделялась целая партия привезенных из Германии ульмских догов, получивших медали на выставках в Берлине, Вене и Лондоне. В отделе соколиной охоты можно было увидеть соколов, кречетов, ястребов и орлов. Огромный интерес у любителей охоты вызвал оружейный отдел.
Как всегда, среди оружейников блистали петербургский коммерсант Лежен и московский мастер Шенбруннер. Бирмингемский оружейник Гринер представил английское, бельгийское и французское оружие, а фабрика Зигмунд и Ханке из Силезии – несколько видов капканов. Инженер фон Рукшетель рекламировал свой «взрывчатый порошок» под названием «силотвор», который, по его словам, был сильнее пороха в пять раз.
Возле здания Михайловского манежа установили большую лавку, где фабрика «Патент Спритт» продавала изготавливаемые ею в Петербурге сухие бисквиты. Как указывали производители, «эти бисквиты оказывают действительную пользу и с успехом употребляются спортсменами за границей». За свои бисквиты фабрика получила на различных выставках более 80 медалей.
После закрытия выставки состоялась аукционная распродажа, «по желанию господ экспонентов, как выставленных ими животных, так и предметов охотничьего спорта». Но самым главным стало, конечно же, вручение наград. Наибольшее разочарование испытал организатор выставки господин Галлер, представлявший отдел ловчих птиц. Ввиду того, что его уже не раз награждали золотой медалью, теперь ему выдали всего лишь «право» на золотую медаль, а присудили только большую серебряную медаль – за устройство выставки и за привлечение на нее как русских, так и иностранных экспонентов. Правда, сам Галлер сетовал, что «материального успеха» от входной платы выставка не имела: Общество соколиных охотников понесло убыток в триста рублей.