26 октября (8 ноября), на экстренном заседании городской думы, созванном для обсуждения петроградских событий, в числе многих ораторов выступает Шульгин – и вспоминает о неоднозначной позиции Винниченко по вопросу о независимости:

Нам говорят [украинцы. – С. М.]: мы – не самостийники. Есть люди, которые этому охотно поверили. Но как поверить, когда вслед за этим украинский «министр-президент» заявляет: – «Я – не самостийник в настоящее время. Но если по принципам “марксизма” выйдет так, что надо им быть – то я буду самостийником». <…> [И]звините нас, но мы вам не верим, господа украинцы!{1053}

Нам говорят [украинцы. – С. М.]: мы – не самостийники. Есть люди, которые этому охотно поверили. Но как поверить, когда вслед за этим украинский «министр-президент» заявляет: – «Я – не самостийник в настоящее время. Но если по принципам “марксизма” выйдет так, что надо им быть – то я буду самостийником». <…> [И]звините нас, но мы вам не верим, господа украинцы!{1053}

Как мы уже знаем, в III Универсале, наиболее амбициозном в своё время документе украинского национального движения, за который проголосовали все без исключения представители украинских партий, четко заявляется: «Не отделяясь от республики Российской и сохраняя единство ее…». Однако de facto украинская власть предпринимает вполне однозначные шаги к обособлению от России. Объясняются такие действия тем, что, дескать, центральной российской власти после свержения Временного правительства фактически не существует, и во избежание анархии необходимо прежде всего консолидировать власть в пределах Украины – но это не перечеркивает перспективу (вос)создания центральной власти. Через полторы недели после принятия III Универсала «Робітнича Газета», орган Центрального комитета УСДРП, рассуждает, опять-таки в передовой статье (хотя и посвященной другой теме):

Петроградське повстання, мусімо це сказати отверто, внесло <…> безладдя у все народне хазяйство і в роботу нашої кволої державної організації <…> Держави, яко міцного організму немае. Лишилися тільки руїни. <…> І тому перше і головне завдання всієї демократії <…>, се – негайно стати до об’єднання, до утворення центральної державної влади{1054}.

Петроградське повстання, мусімо це сказати отверто, внесло <…> безладдя у все народне хазяйство і в роботу нашої кволої державної організації <…> Держави, яко міцного організму немае. Лишилися тільки руїни. <…> І тому перше і головне завдання всієї демократії <…>, се – негайно стати до об’єднання, до утворення центральної державної влади{1054}.