Через год после моего полного выздоровления у нас родилась Анечка. И всё у нас теперь хорошо и замечательно. Вот только…

Рая задумалась.

– Что, Рая? – осторожно спросила Вера.

– Да так, – вздохнула Рая, – просто все те события не прошли бесследно. Физически я выздоровела, морально со временем тоже восстановилась. Время всё лечит, я смогла простить мужа, смогла забыть многое и не вспоминать никогда. Но вот беда – умерла во мне женщина. Безвозвратно и навсегда. Поначалу я ещё думала, что это последствия болезни, что со временем всё пройдёт. Но… не прошло. Меня больше не волнует близость с мужем, мало того, мне даже неприятно всё, что с этим связано. Ласки, поцелуи, близость – всё это оставляет меня равнодушной, несмотря на то, что я люблю Ольду. И он меня любит, я знаю. Но многолетними издевательствами и несправедливыми обидами ему удалось убить во мне женщину. И я знаю, что он-то первый от этого страдает, а ничего сделать не могу. Противно мне, и всё тут.

– Вот беда, так беда, – вздохнула Шура.

– Доченька моя, – сказала Лиза, как бывало ещё в детстве. – Сколько же тебе пришлось всего натерпеться. – Она утёрла слёзы.

– Да разве только мне одной? – вздохнула Рая. – А Шуре с Верой? А вам в жизни мало досталось? Много вы счастья за свою жизнь повидали?

Лиза взглянула на Раю, на Шуру с Верой, которые притихли, слушая старшую сестру – вот они, все три её дочери, сидят сейчас рядом с ней, а вокруг тихая летняя ночь, яркие звёзды и тонкий серп месяца в небе. В воздухе разлился тонкий аромат маттиолы, расцветающей каждый вечер перед домом, и убаюкивающий звон ночных цикад и сверчков.

– Всяко бывало, – ответила Лиза, полной грудью вдыхая ночные ароматы, – одно знаю: теперь я счастлива.

Она снова глубоко задумалась. В памяти всплывали самые яркие моменты её долгой, такой непростой жизни: счастливые рождения всех её четверых детей, первые шаги, первые слова, первые классы в школе. Смерть маленького Павлуши, Нюры, Гриши, отца. Нелёгкая, но счастливая жизнь в их маленькой, низенькой, уютной хатёнке. Она вместе с дочерями, таким же, как сейчас, тёплым летним вечером, под яблоней пьёт из самовара чай с мятой и вишнёвыми листочками, да с сушками… Затем осень 32-го. Голод, смерть, ужас, отчаяние. Матвей… Тёмное пятно в её жизни. И наконец, через столько лет, счастье избавления от тирана. Наверное, один из самых счастливых дней в её жизни: словно тучи разошлись на небосводе, и снова засияло солнце. Затем Мирон. Два коротких года любви и счастья. Вот когда Лиза была по-настоящему счастлива. Вот где была её судьба. Зачем он так скоро покинул её, оставил одну? Зачем он погиб, так нелепо и несвоевременно?