Но я не мог вымолвить ни слова. Я боялся опоздать на автобус. И еще переживал за свой аэроплан, привязанный к крыше такси.
— Скажи мне: «Я тебя люблю». Скажи! Прошу тебя, Бадди, скажи!
Мне повезло, что наш таксист оказался сердобольным парнем. Если бы не он, если бы не расторопные носильщики и не добродушный полисмен, я уж и не знаю, что бы произошло, когда мы доехали до автовокзала. Мой отец так накачался, что едва держался на ногах, но полисмен поговорил с ним, успокоил и помог стоять ровно, а таксист пообещал довезти его обратно домой в целости и сохранности. Но отец не уехал до тех пор, пока не убедился, что носильщики посадили меня в автобус.
Оказавшись в автобусе, я умостился на сиденье и закрыл глаза. Меня охватила странная боль. Мучительная боль, поразившая все мое тело. Я подумал, что, если стащить с ног тяжеленные городские башмаки, нещадно терзавшие меня все эти дни, боль уймется. Я их снял, но загадочная боль не прошла. И в каком-то смысле я от нее так никогда и не избавился. И не избавлюсь.
Двенадцать часов спустя я лежал дома в своей постели. В комнате было темно. Сук сидела подле меня, раскачиваясь в кресле-качалке, которая убаюкивающе шуршала, точно океанский прибой. Я без умолку рассказывал ей все, что со мной приключилось, и остановился только тогда, когда осип и стал подвывать, как старый пес. Она взъерошила пальцами мои волосы и произнесла:
— Ну конечно, Санта-Клаус есть. Просто кому-то одному не под силу выполнить его работу. Вот Господь и распределил среди всех нас его обязанности. Вот почему все мы Санта-Клаусы. И я. И ты. И даже твой кузен Билли Боб. А теперь спи. Сосчитай звезды в небе. Подумай о чем-то приятном. О снеге. Жалко, что тебе не удалось его увидеть. Но вот сейчас снег падает сквозь звезды…
Звезды сияли, и снежинки кружились в моей голове, и последнее, что я услышал перед тем, как заснуть, был глас Господа, который сказал, что́ я должен сделать. И на следующий день я это сделал. Мы с Сук отправились на почту и купили простую открытку. Эта открытка сохранилась. В прошлом году, после смерти отца, эту открытку нашли в его банковской ячейке. Вот что я ему тогда написал:
Привет пап надеюсь у тебя все хорошо у меня все хорошо я учусь быстро крутить пидали эроплана и скоро взлечу на небо так что смотри в оба и да я люблю тебя Бадди.