А вот это, конечно же, очень интересный вопрос. Что же нам делать дальше?

– Я надеялась, что вы нам поможете, Ада, – отвечаю я. – Что с ними стало? С Джо и его… женой?

– Как я уже сказала Белинде, мне неизвестно, где сейчас Джо. Поверьте, я бы сразу обо всем рассказала, не устраивая драматических разоблачений. Вы знаете, что он сидел в тюрьме? Из-за того отвратительного случая с одним мерзавцем и его собакой?

Кивнув, я застываю от ужаса. Не могу представить себе Джо в заключении – он ненавидел замкнутое пространство. Терпеть не мог сидеть в четырех стенах и подчиняться приказам. Для него это были кошмарные дни.

– Так вот, – продолжает она, – надо сказать, что заключение на него сильно повлияло. Он вернулся сам не свой. Мы с ним разговаривали о том времени, но он толком ничего и не рассказал – наверное, не хотел меня огорчать. Он недолго там пробыл, но ему хватило. Точно не знаю, что там произошло, и не знать, конечно, гораздо хуже, чем знать, потому что воображение у меня разыгралось не на шутку!

– Мне кажется, ничего особенно ужасного там не случилось, – говорю я. – Ему было плохо. У Джо… было не особенно счастливое детство, и, наверное, по этой причине он очень ценил свободу. Возможность выбора. Он сам принимал решения, отказываясь следовать судьбе.

Ада кивает, и ее темные глаза наполняются слезами.

– Я все понимаю, дорогая, ты права. Бедный Джо был очень хорошим и добрым, несмотря ни на что. Подумать только, кем он мог бы стать, будь у него родители, которые его любили бы и заботились о нем. Так вот, потом мы жили как раньше – хоть Джо и был женат на Дженнифер и официально переехал к ней в квартиру под самой крышей, но на самом деле остался в подвале. Девочки были сами по себе, и мы с Джо – тоже.

Кое-что он все же решил изменить – захотел немного отпустить прошлое. В тот год он перестал отправлять поздравительные открытки ко дню рождения Грейси. А через год, в октябре 2010-го, кажется, он пришел ко мне, и мы с ним выпили чаю и вспомнили малышку. Он тогда сказал, что не хочет тебе мешать, а поздравительные открытки наверняка тебя расстраивают.

Ада смотрит на меня, вопросительно приподняв брови, – ей очень хочется узнать, что же со мной случилось и почему я вдруг оказалась здесь столько лет спустя.

– Его письма до меня не дошли, – честно отвечаю я. – Сначала я долго болела. Потом родители сказали, что Джо уехал навсегда, и письма и открытки нашлись совсем недавно, когда умерла моя мама.

– Какой ужас, – вздыхает Ада. – Твои родители, конечно, постарались. Катастрофическую задницу устроили и тебе, и себе.