– Вот так и вышло. Мы устроили прощальную вечеринку, и наша троица отбыла навстречу приключениям. Джо еще некоторое время писал, присылал открытки, но не очень долго – чему я рада. Расставаясь, я сказала ему, мы прощаемся навсегда, и я не ожидаю получать от него письма до конца жизни, и не хочу, чтобы из-за меня его мучила совесть.

Я прожила почти сотню лет, повстречала много интересных личностей, посетила много потрясающих мест и распрощалась почти со всеми из них. Такова жизнь, и не стоит грустить – надо радоваться выпавшей удаче, с благодарностью вспоминать о людях, с которыми сводила судьба, а не оплакивать тех, кого больше нет. Хотя некоторых терять больнее, с этим я соглашусь.

Сейчас она говорит о Грейси и о своем сыне, о невыносимых муках, которые испытывает мать или отец, когда ребенок умирает прежде, чем приходит их срок.

– Да, некоторых терять больнее, – отвечаю я. – Однако вы правы. Я много лет пыталась не думать о Грейси. Не позволяла воспоминаниям себя мучить. И только теперь, спустя столько времени, я начинаю понимать, что помнить необходимо. Мне нужно плакать и радоваться. У меня была дочь. Она была умной, веселой и замечательной… и очень, очень красивой. Ее больше нет, но это ничего не меняет.

Ада кивает, и мы умолкаем на минуту, вспоминая о наших потерях, не размыкая рук и думая об одном.

– Все так. Ну, ладно. Что-то мы расчувствовались. Белинда, ангел мой, подай мне вон ту коробку с верхней полки. Да, эту, маленькую деревянную шкатулку. В ней открытки, которые мне прислал Джо, – возможно, по ним вы сможете его найти, если, конечно, не отказались от поисков.

В комнате воцаряется тишина, и Майкл с Белиндой выжидающе смотрят на меня – решение принимать мне.

– Мы не отказались, – уверенно произношу я. Настроена я решительно, возможно, сказывается вдохновляющий пример Ады. – Зачем мне наследство, если нельзя спустить его на охоту за призраками по ту сторону океана?

– Вот это я понимаю! – восхищается Ада, принимая от Белинды шкатулку.

Открыв ящичек, она вынимает из него тонкую пачку открыток и раскладывает их на кушетке – яркие пятна на фоне черно-белого покрывала.

– Итак, – начинает она рассказ, – первым делом они полетели в Бостон, потому что решили для начала пожить у родителей Дженнифер. Не знаю, что сделали потом девушки, хотя от Клары один раз я и получила открытку, из университета, в котором они устроились, – мечта, увитая плющом, профессора и студенты сплошь белая кость, все чинно-благородно. Джо, судя по всему, пошел своей дорогой, и я его вполне понимаю – представить его в душных стенах колледжа у меня не хватает воображения.