Майкл фыркает при слове «задница». Похоже, он не прочь пойти к Аде в приемные сыновья.

– Так, что у нас дальше? Году в 2013-м Клара и Дженнифер решили переехать в Штаты. Дженнифер закончила учебу в университете и вела курс для аспирантов. Она работала над какой-то книгой – точно не помню, что-то о роли корсетов в готических женских текстах, – и ей предложили должность в одном из старинных колледжей на восточном побережье.

К тому времени они все стали добрыми друзьями и предложили Джо поехать с ними, если он не против, конечно, – ведь юридически он был ее мужем. Сначала он отказался, говорил, что его дом – в Англии и он вполне доволен жизнью. Много всего говорил, но я-то догадалась, что остается он только из-за меня. Это было совершенно неприемлемо, о чем я и сообщила Джо в самых суровых выражениях.

Она смеется, вспомнив, как это было, и я воображаю себе картину того столкновения интересов – бедняге Джо против Ады было не выстоять. Да и мало кому это бы удалось. В чем-то она права – в этом доме Джо прожил дольше всего с тех пор, как уехал из Манчестера, и Ада наверняка сыграла в этом главную роль. Вряд ли Джо оставался здесь из-за того, что Ада от него зависела, скорее всего, и он ощущал с ней особую связь.

– Я сказала ему, что он должен ехать, – продолжает старая дама. – Сообщила, что я сильная, независимая женщина, и как бы я его ни любила, моя жизнь без него не кончится. На самом деле, конечно, мне было ужасно грустно, но он понял, что я не прощу себе, если он останется привязанным к моей юбке. Я хотела, чтобы Джо летел вперед, на свободу, чтобы он увидел мир, каким мне выпало счастье его увидеть. В конце концов он сдался, но при одном условии – если я соглашусь нанять сиделку.

Выговорив последнее слово, она вздрагивает, словно прозвучало древнее проклятие и теперь на волю вырвется кракен.

– Сиделку! Вообразите! Чтобы прекратить тот разговор, я согласилась, решив про себя, что отделаюсь от всяких сиделок, как только Джо окажется в Штатах. Он сказал, что сам поговорит с кандидатами и выберет мне подходящую помощницу – такой хитрец! И… так и сделал. Нашел Каролину. В первый же день она заявилась с бутылкой польской водки в одной руке и с пачкой ароматных сигарет в другой. Я сразу поняла, что мы сойдемся характерами. Она до сих пор со мной, но сиделкой я ее не называю. Скорее считаю подругой. Она зовет меня старой ведьмой и ругается на нескольких языках – талантливая штучка!

Я с улыбкой воображаю разговоры двух дам: как они решают мировые проблемы за бокалом-другим, вспоминают былое, язвят, подшучивают друг над другом и смеются. И воображаю Джо, который очень хочет начать новую жизнь, но не может, пока не удостоверится, что с Адой все будет в порядке.