Стяжательство – это древняя и подлая форма безудержного присвоения и накопления личной собственности сверх разумных размеров личного и семейного потребления, существовала во все исторические эпохи развития человеческого общества. Стяжатель по своей сути паразит, живущий за счет общества, как бы он не именовался в разные эпохи: рабовладелец, феодал или предприниматель, цель одна – присвоить имущество или результаты труда других в свою собственность.

Иметь собственность, означает, в современном толковании «учёных экономистов», право владения, распоряжения и пользования этой собственностью.

Партийные руководители лишь распоряжались собственностью, поскольку в том социализме, что строил Сталин, всей собственностью, кроме личного имущества, владел народ в лице государства или коллективы трудящихся в колхозах, кооперативах и артелях. Эти же коллективы и государство пользовались собственностью, поэтому для стяжательства места не оставалось, что, по мнению многих партийцев, было несправедливо – ведь так хочется жить лучше остальных и за их счет.

Кроме того, у партийцев подросли отпрыски, которые, как и дети простых людей, должны были самостоятельно, своим трудом и умением, пробивать дорогу в жизни, несмотря на заслуги, настоящие и мнимые, их родителей. Руководящую должность в сталинском обществе наследовать было нельзя, но так хотелось «порадеть родному человечку».

Всё это вызывало скрытое недовольство партийной верхушки, начавшей плести заговоры и интриги против Сталина и немногих его сторонников, что Сталин чувствовал инстинктивно и знал разумно.

Ему требовалось или подчиниться настроениям свиты или сменить эту свиту. Ещё Макиавелли писал, что захватив власть, государь, если хочет быть независимым от своего окружения проведшего его к власти, и реализовать свои замыслы во власти, должен уничтожить это окружение и набрать новых сообщников, от которых он независим.

Сталин изучал Макиавелли и разделял его взгляды на власть. В самом начале прихода к власти, Сталин неоднократно просился в отставку. Так, выступая на XIV съезде ВКП(б) в 1925 году он говорил: «…если товарищи настаивают, я готов очистить место без шума, без дискуссий, открытой или скрытой, и без требований гарантий прав меньшинства», а еще ранее, в 1924 году Сталин выступил на объединенном пленуме ЦК и ЦИК и сказал: «Я на первом же заседании пленума ЦК после XIII съезда просил пленум ЦК освободить меня от обязанностей генерального секретаря. Съезд стал обсуждал этот вопрос. Каждая делегация обсуждала этот вопрос, и все делегации единогласно, в том числе Троцкий, Каменев, Зиновьев обязали Сталина остаться на своём посту. Что же я мог сделать? Сбежать с поста? Это не в моём характере, ни с каких постов я никогда не убегал и не имею права убегать, ибо это было бы дезертирством. Человек я, как уже раньше об этом говорил, подневольный, и когда партия обязывает, я должен подчиниться.