Ответ: Не отрицаю показаний свидетеля з\к Адамовича. Считал, что Зиновьева, Каменева и др. так же, как и после первого суда, что был два года назад, не расстреляют исходя, что в прошлом они кроме вреда принесли много пользы Советской власти.

Вопрос: Подтверждаете ли Вы записанное в Ваши показания, что якобы з\к Гладышева говорила, что Зиновьева, Каменева и др. сжечь на медленном огне или нет? Свидетель Адамович был при этом и отрицает, т.к. он не слышал сказанного Гладышевой?

Ответ Домова: Я подтверждаю.

Допрос – очная ставка закончился, протокол подписан, и Иван Петрович, наконец, вернулся в камеру СИЗО, для дальнейших размышлений о своей участи.

–Собственно говоря, в чём меня обвиняют? – думал Иван Петрович, лежа на нарах в камере СИЗО после очных ставок. Он сомневался в приговоре Зиновьеву (Герше Радомыльскому), Каменеву (Льву Розенфельду) и другим подобным, что их приговорят к расстрелу? Ну и что в этом преступного? Он же не оправдывал этих иудеев, а только сомневался в приговоре и в его исполнении. Их и раньше уже судили и только изгнали из партии и сняли с постов, но оставили жить. Почему он и сомневался. Вот и Адамович подтвердил его сомнения по приговору, но больше никакой агитации против властей не было.

А то, что он не верил в досрочное освобождение – так никто из з\к в это не верил. – Ладно, завтра будет видно, – подумал Иван Петрович и беспокойно уснул на жестких нарах СИЗО.

На следующее утро его снова повели на допрос. Следователь Воробьёв, вернулся к ранним показаниям Ивана Петровича, – наверное, не хватает аргументов для следствия, вот и ищут зацепки, – обрадовался Иван Петрович.

Вопрос: В Вашем показании сказано, что Вы пять раз арестовывались в разное время как бывший белый офицер колчаковской армии. Поясните более подробно где, когда, кем арестовывались и результат Вашего освобождения из-под ареста.

Ответ: В колчаковскую армию я был мобилизован в декабре месяце 1918 года после выхода из Омской тюрьмы в чине подпоручика в маршевую роту Саянского полка взводным офицером, в Ачинске в которой находился по апрель месяц 1919 года. Из маршевой роты я был в чине поручика назначен заведующим по провианту, где служил до последних чисел июня 1919года, после чего меня назначили командиром роты в этом же полку в строевую часть и перебросили на фронт под Челябинск.

В первом же бою с Красной армией я был ранен в ногу правую в области колена и как раненый я уехал в город Токинск по разрешению врачей колчаковской армии.

Пробыв немного в городе Токинске с 10 сентября, а ранен я был в июле 1919 года, и по октябрь месяц 1919 года после был эвакуирован в город Омск в госпиталь, а из Омска в первых числах ноября эвакуировался с госпиталем в город Иркутск и в госпитале пролежал до мая 1920 года.