– Где же ваша прелестная подруга, куда она так внезапно исчезла?

– У неё случилось недомогание, и она вынуждена была покинуть бал. Но если вы черкнёте ей записку, то я передам, – улыбнулась Бася офицеру. Тот вышел и немного погодя вернулся с запиской, сложенной в треугольничек. – Вот, пожалуйста, записка для Нади, но прошу вас, не читать – там личное. Офицер ушёл к сослуживцам, совершенно расстроенный, а к Басе тут же подошёл Пегов, спросив, как и офицер, про Надю. С ним Бася не стала церемониться и зло сказала:

– Из-за тебя, старый козёл, Надежда хотела наложить на себя руки: я всё знаю про твои развратные действия, расскажу другим, и тебя не примут нигде в здешнем обществе. Беги, извиняйся перед Надей, может опять уговоришь её доверчивую душу. Пегов изменился с лица и начал горячо шептать Басе прямо в ухо:

– Я всё улажу, и Наденьке будет хорошо, пусть подождёт немного. Только вы никому пока не говорите про наши отношения, иначе мне не удастся исполнить обещания, данные Надежде.

– Ладно, художник, иди, мирись с Надеждой и не заманивай девушек в свою мастерскую: ведь ты и меня уговаривал попозировать: знаю я все эти позы с мужиком, – грубо хохотнула Бася и ушла искать своего майора, чтобы вместе уйти с бала, который незаметно подошёл к концу и гости начали расходиться и разъезжаться: кто-то в старой компании, кто-то с новыми знакомыми, а семинаристок вызвалась провожать целая группа молодых офицеров.

Вместе с другими незаметно исчез и Пегов, поспешив на квартиру к Наде, чтобы выяснить, в чём дело: Бася знает об их отношениях, но не сказала, почему Надя ушла с бала, что её так расстроило и огорчило до мыслей о самоубийстве. Этого ему только не хватало: он ещё не забыл, каким смертным боем бил его отец совращённой девушки и не хотел повторения тех событий.

XXI

Надя очнулась от прикосновения чьих-то губ к своей щеке. Открыв глаза, она увидела стоявшего на коленях, рядом с кроватью, Дмитрия, который и целовал её в щёку. Всё ещё не понимая, где она находится, и что случилось, она повернулась на спину и при слабом свете лампы, что успел зажечь Дмитрий, стала осматриваться по сторонам. Это была её квартира, всё стояло на своих местах, а на соседней кровати валялось её нарядное платье. И тут она, вспомнив происшедшее, снова заплакала навзрыд, уткнувшись в подушку, сразу ставшую мокрой от горючих девичьих слёз.

– Надюша, что же случилось, почему ты плачешь, и ушла с бала, не сказав мне ни слова: ты же знаешь, как я люблю тебя и переживаю, а сейчас нахожусь в полном неведеньи.