Прибежав домой, Надя привычно разрыдалась, бросившись на кровать и уткнувшись в подушку. Эта любовь, как называл их отношения Дмитрий, не принесла ей ничего, кроме слёз и унижений, если не считать пробудившееся в ней женское сладострастие. Художник овладел ею обманом и хитростью, потом обманул её обещаниями заключить брак, хотя был женат и имел ребёнка и, наконец, сегодня он изменил ей с какой-то женщиной, осквернив мастерскую, где занимался любовью с Надей, и теперь привёл туда постороннюю женщину.

– Господи, как стыдно и противно, – причитала Надя, стуча кулачком в подушку, – опять обман, которому не будет конца. Никогда его не прощу и не буду иметь с ним никаких отношений, решила Надя и забылась сном от пережитого.

Очнулась девушка от поглаживания чьей-то рукой. Дмитрий привычно стоял на коленях перед кроватью и привычно гладил её по плечу, а увидев, что Надя открыла глаза, стал привычно целовать её руки и просить прощения, подбирая нужные слова.

– Прости, Надюшенька, прости, но ты неправильно поняла случившееся. Я не изменял тебе, а просто избавлялся от мужского желания. Тебя не было больше месяца, а мужчина не может долго быть без женщины, вот я и привёл гулящую девку, заплатил ей за услугу, и уже закончил дело, как некстати вошла ты. Мужчине удовлетворить желание такая же естественная потребность, как покушать и попить, потому и есть публичные дома и гулящие девки, что за деньги снимают мужское давление, чтобы я мог работать творчески и ждать тебя, любимую. Забудь об этой девке, как забыл уже я, и пусть эта глупость не испортит нашей любви.

От такого наглого объяснения измены Надя, едва не задохнувшись возмущением, крикнула в лицо любовнику:

– Значит ты просто снимал мужское желание на этой девке? А как же её крики удовлетворения, да и твои тоже? Снял бы молча свои желания и проводил девку прочь, заплатив ей. Но вы оба с удовольствием занимались этим делом, и мне кажется, что эту девушку я уже где-то видела рядом с тобой, не могу только вспомнить, где.

У меня тоже есть желания, и ты часто снился мне там, у тётки, я просыпалась с желанием, и потом кусала подушку, чтобы страсть утихла. Интересно, что бы ты сказал, если бы я наняла мужчину за деньги, чтобы он тоже удовлетворил моё желание? Как бы отнесся к этому? А я бы сказала тебе, что это не измена, а простое удовлетворение женской потребности в мужской ласке.

Дмитрий не нашёлся, что сказать, и молча гладил и целовал Надины руки, пока она нервно не отдёрнула их.

– Уходи прочь, не хочу больше тебя видеть никогда и будь проклят тот день, что ты соблазнил меня и порушил всю мою жизнь, – воскликнула девушка и снова заплакала в подушку, уже мокрую от слёз.